Происхождение
Фамилия Пиянзин
Фамилия Пиянзин — редкий случай, когда прозвище предка почти наверняка относилось не к характеру, а к физическому состоянию или внешности. Основа здесь — «пиянз-», что в диалектах русского языка, особенно в северных и уральских говорах (пермских, вятских), означает «пьяница», «пьяный». То есть Пиянза — это прозвище человека, которого часто видели нетрезвым, либо, что не менее вероятно, так могли прозвать горького пьяницу в насмешку или с сожалением.
Суффикс «-ин» указывает на типичную русскую патронимическую модель: «чей?» — «сын Пиянзы». Фамилия образована от прозвища, а не от крестильного имени, поэтому её социальный корень — скорее крестьянская или посадская среда, где подобные бытовые характеристики давали без обиняков. Благородные сословия редко брали фамилии с таким откровенным смыслом, хотя исключения, конечно, бывали.
Интересно, что в русских говорах слово «пиян» (пьяный) имеет финно-угорский след? В коми-пермяцком языке «пияна» — «пьяный» (заимствование из русского, но с местным произношением). Учитывая, что фамилия Пиянзин встречается преимущественно в Пермском крае и на Урале, где веками жили коми-пермяки, возможно, прозвище закрепилось именно в билингвальной среде, где русское слово получило местный фонетический оттенок.
С точки зрения словообразования фамилия прозрачна: корень «пиян-», суффикс «-з-» (как в «пьянчуга» — уменьшительно-пренебрежительный оттенок) и окончание «-ин». Аналогов по модели много: Пьянзин, Пьянков — все от того же корня. Разница лишь в суффиксе: «-з-» встречается реже, чем «-к-», что делает фамилию более локальной и диалектной.
В словарях русских фамилий (например, у Б. Унбегауна) отдельного разбора Пиянзина нет, но он рассматривает группу «пьяных» фамилий (Пьянков, Пьяных, Пьянзин). Все они относятся к так называемым «характерологическим» прозвищам — одним из древнейших пластов русских фамилий. Предок Пиянзин, скорее всего, был простым человеком, чья слабость к хмельному запомнилась окружающим настолько, что стала родовым именем. Никакого другого, более благозвучного толкования у этой фамилии нет — и это нормально: русская ономастика не стесняется бытовой правды.