Фамилия Полторадневы — редкий и выразительный пример славянской модели именования, которая строится не на имени святого, а на живом слове. В её основе лежит мирское имя или прозвище Полторадень, которое, как и многие древние прозвища, могло иметь несколько независимых значений. Разобраться, какое из них точнее, помогает сам строй слова и бытовой контекст эпохи, когда такие имена давали.

Самая правдоподобная версия связывает имя Полторадень с обстоятельствами появления человека на свет. Так могли назвать ребёнка, рождённого после тяжёлых, затяжных родов — тех самых, что длились «полтора дня». В крестьянской среде, где роды принимали повитухи и каждый такой случай переживался всей семьёй, подобное мирское имя звучало не как приговор, а как память о преодолённом испытании. Такая практика — давать детям имена по событию или времени рождения — была широко распространена у восточных славян задолго до повсеместного введения христианских имён.

Существует и ироничная, «украинская» трактовка. Согласно ей, Полтораднем дразнили человека медлительного, который растягивал любую работу на полтора дня или вечно откладывал её на потом. Эта версия опирается на характерную для украинской народной антропонимии любовь к насмешливым прозвищам, построенным на гиперболе. Однако у неё меньше оснований: фамилия с суффиксом -ев и формой на -день выглядит скорее северно- или среднерусской, чем малороссийской, где чаще использовались бы иные словообразовательные модели.

Сама фамилия образована по стандартной для русских фамилий модели: к основе Полторадень добавили притяжательный суффикс -ев, который указывал на принадлежность потомку. Первоначально Полтораднев отвечал на вопрос «чей?» и означал «сын Полторадня». Со временем притяжательное значение стёрлось, и форма закрепилась как наследственная фамилия. Примечательно, что в написании встречается и вариант Полторадневы — это просто форма множественного числа, обозначающая весь род.

Точное место и время возникновения фамилии сейчас установить сложно: процесс становления русских фамилий растянулся на несколько столетий, и такие «говорящие» прозвища могли закрепиться в разных регионах независимо друг от друга. Но сам факт, что фамилия сохранилась, делает её ценным памятником живой славянской речи — той её части, что умела одним словом описать и трудный день рождения, и человеческий характер.