Фамилия Понасенков ведет начало от прозвища Понася. В его основе лежит диалектное слово «понас», которое в псковских говорах означало «лентяй, увалень; невежа; ротозей». Вероятно, прозвище носило иронический оттенок: так в деревне могли поддразнивать медлительного или рассеянного мужика, а за глаза — и того, кто славился неотесанностью. Прозвища с отрицательной окраской на Руси давали не столько из злобы, сколько для того, чтобы уберечь человека от сглаза или просто подметить его яркую особенность, поэтому за Понасей вовсе не обязательно закреплялась дурная репутация.

Сама фамилия построена по классической для русских фамилий модели: к основе Понася добавили патронимический суффикс -енков. Этот суффикс указывает на «сына Понаси» и типичен для фамилий, сложившихся в северных и центральных землях России, откуда они затем распространились на юг, в частности на Дон и Украину. Форма Понасенков, а не Понасин, говорит о том, что фамилия закрепилась в среде, где предпочитали развернутую форму отчества с суффиксом -енко, который позже обрусел до -енков.

Любопытно, что слово «понас» встречается довольно узко, в основном в псковских говорах, что дает редкую возможность привязать фамилию к конкретному региону. Впрочем, нельзя исключать и другую версию: в некоторых диалектах «понас» связывали с глаголом «понашивать» — то есть носить что-то часто, таскать. Тогда прозвище могло относиться к человеку, который постоянно что-то переносил, например, работал на подвозе или был разносчиком. Но эта трактовка менее убедительна, так как не подтверждается словарями, и основное значение — «лентяй» — выглядит правдоподобнее.

С течением времени прозвище Понася стало личным именем в быту, а его сыновья и внуки, отвечая на вопрос «чьи вы будете?», говорили «Понасенковы», то есть из рода Понаси. Так за потомками и закрепилась эта фамилия, которая сегодня звучит непривычно, но хранит память о метком народном словечке из псковской глубинки.