Фамилия Посягин — редкий случай, когда в основе лежит не имя и не профессия, а, скорее всего, уличное прозвище, связанное с характером или манерой поведения. Её значение прозрачно, хотя и не лежит на поверхности.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»), а значит, Посягин — это «сын Посяги» или «человек из рода Посяги». Основа — «посяг-». Здесь сразу всплывает глагол «посягать» (на чужое имущество, на власть, на жизнь). В древнерусском языке «посягнути» означало не только «покушаться», но и «протягивать руку», «хватать». Прозвище Посяга могли дать человеку настойчивому, задиристому, тому, кто не упускал своего — в прямом и переносном смысле.

Есть и вторая, более мирная версия. В диалектах северных и центральных губерний «посягать» означало «вступать в брак», «жениться» (отсюда «посягать на девицу»). В этом случае прозвище Посяга мог получить холостяк, который долго «прицеливался» к невесте, или, наоборот, бойкий жених. Однако первая версия (связь с характером) выглядит убедительнее: прозвища, данные по поведению, встречаются в русской ономастике гораздо чаще, чем по матримониальным планам.

Фамилия Посягин — относительно редкая. Она практически не встречается в старых дворянских родословных книгах, что указывает на крестьянское или мещанское происхождение. Географически её можно связать с регионами, где бытовали соответствующие говоры: Поволжье, Вятка, северо-восток европейской России. Встречается также вариант написания Пасягин (с «а» в корне), что объясняется аканьем — произношением «посягать» как «пасягать» в южных и среднерусских говорах.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Посягин, Посяев, Посевьев — показывает, что все они образованы от одной глагольной основы, но с разными суффиксами. Посягин — самая «личная» из них, указывающая на конкретного носителя прозвища, а не на отвлечённый признак.