Фамилия Пушница — редкий случай, когда исходное слово почти полностью совпадает с самой фамилией. В ней нет типичного русского фамильного суффикса (-ов, -ин, -ский), а есть только окончание, указывающее на женский род. Это наводит на мысль, что перед нами не «сын Пушницы», а прозвище, которое закрепилось за человеком и перешло к потомкам без изменений.

Основа фамилии — слово «пушница». В диалектах русского языка так называли пушного зверя, особенно белку, или мех пушнины. Но есть и другое, более конкретное значение: пушницей (или пушни́цей) в некоторых регионах называли торговца пушниной, скупщика мехов. Человек, который ходил по деревням, менял товар на шкурки или сам промышлял зверя, мог получить такое прозвище. Оно же становилось уличной фамилией — сначала для него, потом для его семьи.

География фамилии подсказывает, что корни её, скорее всего, северные или сибирские. В Поморье, на Урале, в старых сибирских волостях «пушнина» была главным товаром, а «пушник» — распространённым занятием. Прозвище Пушница могло закрепиться за человеком, который вёз пушной ясак или торговал мехами на ярмарках.

Необычный грамматический род фамилии не должен сбивать с толку. В русской традиции прозвища в форме женского рода давали и мужчинам: вспомните фамилии Шуба, Шапка, Коса, Борода. Пушница стоит в том же ряду. Это не говорит о том, что основатель рода был женщиной — просто прозвище застыло в той грамматической форме, в какой его дали.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями — Пушников, Пушнин, Пушкарёв (от «пушкарь», а не от «пушнина») — то Пушница стоит особняком. Она архаичнее, бессуффиксная, и потому может быть старше по времени возникновения. Встречается она редко, и почти всегда носители такой фамилии могут с высокой вероятностью проследить свои корни до регионов, где охота и меховая торговля были основным промыслом.