Фамилия Растёгин — это классический пример того, как русское прозвище, данное человеку по занятию, привычке или даже внешнему виду, через несколько поколений превратилось в устойчивое родовое имя. В её основе лежит не имя собственное, а нарицательное слово, что сразу указывает на происхождение предка из среды простых людей — ремесленников, торговцев или крестьян, где личные качества и умения ценились выше родословной.

Словообразовательная модель проста и прозрачна. Мы видим цепочку: глагол «расстегивать» (снять петлю с пуговицы) → существительное «растёга» → прозвище Растёга → фамилия Растёгин. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей ты будешь?» — «Растёгин», то есть сын, внук или потомок человека по прозвищу Растёга. Такая модель с суффиксом -ин типична для фамилий, образованных от слов, оканчивающихся на -а/-я, и широко распространена по всей России.

Но самое интересное кроется в многозначности исходного слова «растёга». Словарь Даля и другие источники по исторической лексикологии фиксируют за этим словом как минимум три разных смысла, и каждый из них мог породить прозвище. Первое значение — «распашной сарафан», часто шелковый, который не сшивали наглухо, а застегивали или запахивали. В этом случае прозвище Растёга мог получить портной, специализировавшийся на пошиве такой одежды, либо щеголь, носивший её.

Второе значение — знаменитый русский пирожок с открытой начинкой, расстегай. Здесь прозвище могло закрепиться за пекарем, который их готовил, либо за большим любителем таких пирогов. Третье, переносное значение — «разгильдяй», человек небрежный, расхлябанный, у которого всё «расстегнуто» и не на месте. В этом случае прозвище отражало не профессию, а характер, и могло закрепиться за неряшливым или безалаберным человеком.

Какая из версий правдоподобнее? Однозначного ответа нет, и это нормально для фамилий, возникших стихийно. Однако ономастика знает немало случаев, когда прозвища по профессии (в данном случае — портной или пекарь) закреплялись за потомками охотнее, чем насмешливые характеристики. Тем не менее, исключать вариант с «разгильдяем» нельзя: прозвища часто давались «наоборот», с иронией, и со временем теряли свой обидный оттенок. Важно и то, что фамилия в форме Растёгин (с ё) встречается чаще в северных и центральных губерниях, где было развито производство сарафанов, что косвенно поддерживает «портновскую» версию.

О точном месте и времени возникновения фамилии говорить сложно — процесс формирования фамилий у крестьянства растянулся на несколько столетий и завершился в основном к концу XIX века. Возможно, где-то в писцовых книгах XVII века уже мелькал крестьянин или посадский человек Растёга, но найти это документальное подтверждение — задача отдельного генеалогического исследования. Тем не менее, сама фамилия — живое свидетельство того, как язык отражал быт: и одежду, которую носили предки, и еду, которую они ели, и даже их недостатки.