Фамилия Растопчина — это наследие древнерусского прозвища Растопча. В тамбовских говорах словом «растопча» называли ротозея и разиню, то есть человека рассеянного, невнимательного. Прозвище было ходовым в старину, и от него образовали фамилию по стандартной модели: сын Растопчи становился Растопчиным, а дочь или жена — Растопчиной. Суффикс -ин указывает на принадлежность, так что буквально фамилия означает «из семьи Растопчи».

Исторические источники подтверждают давнюю жизнь этого прозвища. В записях С. Б. Веселовского встречаем Растопчу, истопника великой княгини Марии Ярославны: в 1447 году он захватил в плен боярина Василия Ивановича Чешиху Замыцкого, служившего князю Ивану Андреевичу Можайскому. Уже в XVI веке в Дмитрове упоминается Растопчин Меньшой Константинович, датированный 1559 годом. Эти записи показывают, что прозвище не было крестьянским или простонародным — его носили люди при дворе и на государевой службе.

Интересно, что прозвище, означающее нерасторопность, не мешало его носителям делать карьеру. Истопник Растопча оказался деятельным и удачливым: пленить боярина — задача не для разини. Возможно, прозвище давалось по внешнему впечатлению или в насмешку, а характер человека был иным. Такое противоречие между прозвищем и реальными качествами — частое явление в старорусской антропонимии.

Фамилия сохранила архаичный корень, который в современном языке почти исчез. Глагол «растопыриться» и слово «растопыря» родственны ему по смыслу: оба описывают неловкого, неуклюжего человека. Но тамбовское «растопча» — более узкое, оно подчёркивает именно зеваку, того, кто смотрит по сторонам вместо дела.

Растопчины встречаются в документах с XV века, и фамилия не угасла. В XIX веке её прославила графиня Евдокия Петровна Ростопчина, но здесь важно не путать: её фамилия писалась через «о» — Ростопчина. Растопчина и Ростопчина — разные роды, хотя оба восходят к одному прозвищному гнезду. Иногда эти фамилии смешивают в бытовой речи, но исторически это разные линии.

Если вы носите фамилию Растопчина, ваш предок, скорее всего, получил прозвище за рассеянный нрав или, напротив, в насмешку над бойким характером. Прямых указаний на сословие нет: Растопчины были и при дворе, и в уездных городах. Фамилия редкая, но живая, и её корень уходит в те времена, когда прозвище могло закрепиться за человеком навсегда и перейти к потомкам.