Фамилия Расторопов — это не просто наследственное именование, а застывший портрет предка, который некогда носил прозвище Растороп. В его основе лежит прилагательное «расторопный» — живой, проворный, ловкий, бойкий, сметливый и поворотливый. Проще говоря, так могли прозвать человека, который всё делал быстро и споро, не терпел медлительности. Прозвище указывало на характер и манеру поведения, и, скорее всего, именно эта версия происхождения — самая правдоподобная, ведь она напрямую связана с личными качествами человека.

Есть и другая, менее очевидная гипотеза, которую стоит упомянуть ради полноты картины. Некоторые исследователи выводят прозвище из диалектного слова «расторопица» — так в народе называли весеннюю и осеннюю грязь. Если принять эту версию, то прозвище Растороп могло закрепиться за человеком, жившим в низине или в месте, где дороги развозило так, что пройти было трудно. Однако эта версия выглядит слабее: прозвища, данные по месту жительства, обычно образовывались иначе, и связь с расторопностью как чертой характера для славянской традиции гораздо органичнее.

Историческая память сохранила имя реального носителя этого прозвища. В костромских памятниках XVI века упоминается некий Растороп Федчищев Зубатый. Это ценное свидетельство того, что прозвище бытовало в северных русских землях и могло передаваться в роду или просто закрепляться за человеком как основное именование. Именно от этого личного прозвища и пошла фамилия: потомки Расторопа со временем стали писаться Растороповыми, отвечая на вопрос «чей ты будешь?» — «Расторопов», то есть сын или внук Расторопа.

Модель образования здесь классическая для русских фамилий: суффикс -ов присоединялся к основе, оканчивающейся на твёрдый согласный. Такая схема в XV–XVII веках была самой распространённой и указывала на принадлежность к роду отца. Поэтому фамилия Расторопов — это типичный образец славянской ономастики, где личное качество человека превратилось в родовое имя.

Однако не стоит думать, что процесс формирования фамилии был мгновенным. Он мог растянуться на десятилетия, а само прозвище — неоднократно меняться или существовать параллельно с другими именованиями. К тому же, фамилия не всегда имела привязку только к одной местности: носители могли разъезжаться по разным уездам, и окончательно утвердившаяся форма могла закрепиться в разных регионах независимо друг от друга. Поэтому говорить о точном времени и месте возникновения конкретной ветви Растороповых можно лишь после серьёзных генеалогических изысканий, в которых стоит опираться на архивные документы и писцовые книги.