Фамилия Ренин почти наверняка образована от имени, а не от прозвища. Основой послужило уменьшительное имя Рена — так в быту могли звать Андрея, Сергея, Флорентия или Орентия. Андрей с древнегреческого переводится как «мужественный», Сергей — «высокочтимый», Флорентий — «расцветающий», Орентий — «горный». Родители или соседи звали человека Реней, и это краткое имя со временем закрепилось за ним как основное. От него и пошла фамилия: суффикс -ин указывает на принадлежность, то есть Ренин — «сын Рени», потомок человека с таким именем.

Существует и другая версия, но она заметно слабее. Согласно ей, в основе лежит диалектное слово «рень» — так в некоторых говорах называли мель, возвышение дна в реке или море, образованное наносами песка и гальки и мешающее судоходству. Если следовать этой логике, Ренем могли прозвать капитана, чьё судно часто садилось на мель, или человека, жившего у мелководья. Однако эта гипотеза упирается в вопрос: зачем давать кому-то прозвище по такому случайному признаку? Прозвища обычно отражали характер, внешность или род занятий, а не географию места, где человек жил. К тому же имя Рена встречалось гораздо чаще, чем слово «рень» в бытовой речи.

Интересно, что фамилия Ренин не слишком распространена, и это тоже говорит в пользу именной версии: она возникла в конкретной местности, где имя Рена было употребительно, и не разошлась широко по стране. Путаница между двумя этимологиями типична для русских фамилий — многие из них можно вывести и от имени, и от прозвища, и ономасты часто спорят, какой путь вернее. В данном случае имя выглядит убедительнее: оно даёт простое и естественное объяснение, не требующее допущений о судьбе капитана, который постоянно попадал на мель.

Так что если вы носите фамилию Ренин, скорее всего, ваш далёкий предок носил одно из тех имён, что сокращались до Рени, и его дети стали писаться по отцу — Ренины. Фамилия закрепилась, пережила века, и теперь уже никто не вспомнит, был ли тот первый Реня мужественным Андреем или высокочтимым Сергеем.