Фамилия Ротинов — один из тех случаев, когда за привычным современным окончанием скрывается прозвище, которому почти девять веков. В основе фамилии лежит слово «рота», но в XII веке оно означало не воинское подразделение, а артель, дружину или товарищество. Человек, которого окружающие звали Рота, скорее всего, был членом такого братства: возможно, он его возглавлял, а может, просто был своим в кругу артельщиков. Так прозвище, указывавшее на принадлежность к общине, закрепилось за ним и со временем дало жизнь фамилии Ротинов — то есть потомку Роты.

Впрочем, у прозвища есть и вторая версия, связанная с глаголом «ротить». В старом языке это слово имело два значения: «бранить, ругать» и «клясться». Если следовать этой гипотезе, Ротой могли прозвать человека горячего и вспыльчивого, который часто ругался, либо, наоборот, того, кто любил давать клятвы и обещания. Обе трактовки вполне реалистичны, но первая — с артелью — выглядит предпочтительнее хотя бы потому, что прозвища по социальной принадлежности встречались чаще, чем по привычке браниться.

Словообразовательная модель фамилии проста и характерна для славянских земель: к основе Рота добавили суффикс -ин-, а затем родовое окончание -ов. Такой двойной суффикс встречается реже, чем обычные -ов или -ин, и это делает фамилию заметной среди однокоренных. Родственными ей можно считать фамилии Ротин, Ротов, Ротанов — все они образованы от того же прозвища, но разными путями. Ротинов, таким образом, стоит в этом ряду особняком: он указывает на более позднее оформление, когда прозвище уже успело закрепиться в семье.

Прозвища на Руси не были фамилиями в современном смысле: они сопровождали человека при жизни, но не всегда переходили детям. Фамилия Ротинов закрепилась лишь тогда, когда прозвище Рота стало наследственным, а это происходило в разных регионах в разное время. Поэтому говорить о точной дате или единственном месте возникновения фамилии нельзя — для этого нужны серьёзные генеалогические изыскания с опорой на архивные документы. Само же прозвище, как и фамилия, — живой след славянской культуры, где слово «рота» ещё помнило о братстве и товариществе, а не о строевом шаге.