Фамилия Рубашенков — одна из тех, где корень слышится ясно, а вот точное значение ускользает, если не присмотреться к словообразовательной цепочке. На слух она кажется «рубашечной», но на деле всё сложнее и интереснее.

Основа фамилии — не «рубаха» напрямую, а прозвище Рубаш или Рубаша. В русских говорах «рубаш» — это не только «рубаха», но и человек, который ходит в одной рубахе, не одеваясь по погоде, или, в переносном смысле, простой, бесхитростный, открытый парень. Однако есть и вторая, более прозаичная версия: прозвище могли дать портному, мастеру по шитью рубах. В старой России портных часто называли по продукту их труда — Шубников, Тулупников, Рубашечников. Форма Рубашенков могла возникнуть от Рубаш (или Рубаша) через промежуточную фамилию Рубашенко, которую потом «обрусели» на севере или в центральной России, добавив типичный великорусский суффикс -ов.

Модель образования здесь сложная, двухступенчатая. Сначала украинский или южнорусский патроним на -енко (Рубашенко — «сын Рубаши»), а затем, при переселении носителя в области, где господствовала фамильная модель на -ов, её адаптировали, добавив ещё один суффикс. Получился редкий гибрид: Рубашенко + ов = Рубашенков. Это сразу указывает на возможную миграцию предков с юга (территория современной Украины, Курская, Воронежская области) в более северные регионы, где фамилии на -ов были абсолютной нормой.

Фамилия не относится к числу дворянских или старинных боярских. Её носители — скорее всего, крестьяне или ремесленники. Прозвище Рубаша, лёгшее в основу, могло закрепиться за человеком не только по профессии, но и по характеру: так могли назвать простака или, наоборот, удалого молодца, который «душа нараспашку». В словаре древнерусских прозвищ Веселовского встречаются похожие формы (Рубаха, Рубашка), что подтверждает бытовое, а не книжное происхождение.

В написании фамилии возможна путаница: вариант «Рубашонков» с буквой «о» после шипящей — это более простонародная, «окающая» транскрипция, но в документах закрепился именно вариант через «е», что ближе к литературной норме. В любом случае, фамилия редкая, с яркой внутренней формой: она буквально «говорит» о том, что предок либо шил одежду, либо сам был человеком простым, без затей, «в одной рубахе».