Фамилия Рубашко прямо указывает на род занятий предка: в её основе лежит нарицательное «рубаха» — «тельница; одежда из числа белья, надеваемая под низ, на тело». Так что первым носителем этого прозвища, скорее всего, был портной, специализировавшийся на шитье белья, или торговец, который этим бельём торговал. Версия о ремесленном происхождении выглядит убедительнее, чем предположение о внешнем сходстве: трудно представить, чтобы человека прозвали «Рубашкой» за то, что он носил рубаху, — её носили все.

Сама форма фамилии — с суффиксом -ко — выдаёт её западнорусское или украинское происхождение. Такая модель словообразования типична для Белоруссии, Украины и южных областей России: она превращает нарицательное слово в личное прозвище, а затем и в фамилию. Подобным образом от названий одежды и ремёсел возникали и другие фамилии, например, Кожушко (от кожуха) или Свитко (от свитки), что подтверждает: перед нами не единичный случай, а целый пласт прозвищ, данных по профессии.

Обратите внимание и на ударение. В фамилии Рубашко оно падает на второй слог, что характерно для украинской традиции. Если бы фамилия закрепилась в великорусской среде, она, вероятно, приняла бы форму Рубашкин или Рубахин. Сохранение исходного окончания -ко говорит о том, что фамилия сформировалась и закрепилась именно в тех краях, где этот суффикс был естественным окончанием прозвища, а не пришлым элементом.

Среди однокоренных фамилий встречаются Рубахин, Рубашкин, Рубашов, и все они восходят к одному корню. Но именно Рубашко сохранило самую архаичную, «прозвищную» форму, без последующей русификации. Это делает фамилию ценным свидетельством того, как в старину человека могли идентифицировать по его ремеслу: достаточно было сказать «Рубашко», и всем становилось ясно, чем он зарабатывает на хлеб.