Фамилия Русеко — одна из тех, что заставляет задуматься сразу: украинская она или, возможно, польская? Внешне она похожа на множество фамилий, оканчивающихся на -ко, которые типичны для западных и центральных областей Украины, а также для юга Беларуси. Однако корень здесь необычный — не от имени или прозвища, а от этнонима «рус» или «русин».

Разберём суффикс. Окончание -ко в украинских фамилиях часто указывает на уменьшительную или принадлежностную форму: от имени (Иван — Иванько), от прозвища (Борода — Бородько). В случае с Русеко суффикс -ек-/-к- мог быть присоединён к основе «Рус» или «Русь». Получается, что Русеко — это «маленький рус» или «сын русина». В старой украинской и белорусской традиции словом «русин» называли не московита, а православного жителя Речи Посполитой, предка современных украинцев и белорусов. Так что фамилия могла означать «потомок русина» или «человек, происходящий из русского (древнерусского) рода».

Есть и вторая, более прозаичная версия. В некоторых говорах «русек» или «руско» — это прозвище человека со светлыми, «русыми» волосами. Если так, то фамилия Русеко — это вариант фамилий Русов, Русев, но с южнорусским или украинским суффиксом. Однако первая версия, связанная с этнической принадлежностью, выглядит убедительнее: фамилии на -еко/-енко (Русеко, Русинов, Русинский) часто встречаются в районах, где граничили разные народы, и человеку важно было подчеркнуть свою принадлежность к определённой вере или культуре.

Географически фамилия редкая. Основные её носители — выходцы из Черниговской, Киевской и, возможно, Гродненской губерний. В польских метриках XIX века встречается форма Rusieko, что говорит о полонизации окончания. В современной России фамилия почти не встречается, что подтверждает её западное происхождение.

Интересная деталь: в отличие от массовых фамилий вроде Русаков или Русинов, Русеко сохранила архаичное окончание, которое в XVIII–XIX веках постепенно вытеснялось стандартными -ов/-ев. Это значит, что предки носителя фамилии, скорее всего, были крестьянами или мещанами, не участвовавшими в дворянских переписях, где фамилии «подгоняли» под общерусский образец. Фамилия осталась живой, локальной и очень характерной для своего региона.