Фамилия Семернина звучит как загадка: почему в ней нет привычного мужского окончания, а слышится что-то мягкое и протяжное? На самом деле перед нами классическая русская фамилия, образованная от мужского имени или прозвища Семерник. Если разобрать её по косточкам, то суффикс -ин указывает на принадлежность: Семернина — это «дочь, жена или вдова Семерника». Так что первым носителем фамилии был мужчина, а уже его потомки по женской линии или вдова закрепили за собой это имя в такой форме.

Самая правдоподобная версия происхождения основы — мирское имя Семерник. В старину, когда семьи были большими, а детей рождалось много, родители не мудрствовали с именами. Седьмого мальчика часто так и звали — Семерник, от слова «семь». Это имя несло в себе порядковый номер и было своего рода оберегом: считалось, что такое имя защищает ребёнка и напоминает о его месте в большой родне. Позже от этого имени и появилась фамилия, которая закрепилась за потомками.

Есть и вторая версия, но она слабее. Согласно ей, Семерник — это прозвище по ремеслу. В некоторых говорах семериками называли лапти, сплетённые из семи лык. Тогда прозвище Семерник мог получить мастер, который плел такие лапти. Однако эта гипотеза менее убедительна: прозвища по ремеслу обычно указывали на более сложную или редкую работу, а лапти плели почти в каждом доме. Скорее всего, если человек и получил такое прозвище, то оно быстро забылось, а вот имя-оберег прижилось крепче.

Интересно, что фамилия Семернина встречается реже, чем её «мужской» вариант Семернин. Это объясняется просто: в документах чаще фиксировали мужчин, а женские формы фамилий появлялись либо при записи вдов, либо когда женщина сама становилась главой семьи. Поэтому Семернина — это не отдельная фамилия, а скорее историческая форма, которая сохранилась в семьях, где женская линия оказалась устойчивой.

Если копнуть глубже, то у фамилии есть и родственники: Семериков, Семерин, Семеркин. Все они восходят к тому же корню «семь» или к уменьшительным формам имени Семён. Но Семернина стоит особняком: она не потеряла связь с числом семь, и это делает её прозрачной для понимания. Человек, носящий такую фамилию, может смело говорить, что его предок был седьмым ребёнком — и, скорее всего, не ошибётся.