Фамилия Семерных напрямую отвечает на вопрос, каким по счету родился предок. В основе лежит нецерковное имя или прозвище Семерной, которое давали седьмому ребенку в семье, если это был мальчик. Такая традиция именования по порядку рождения была широко распространена на Руси: параллельно существовали имена Первой, Второй, Третьяк, Шестак и так далее. Они не имели отношения к церковным святцам, но помогали четко различать детей внутри большой семьи, где имена часто повторялись.

Словообразовательная модель здесь необычна и сразу выдает северное или уральское происхождение. Фамилия застыла в форме родительного падежа множественного числа с окончанием -их. Такая модель типична для русских фамилий, возникших в среде, где говорили: «ты чей?» — «семерных», то есть из дома Семерного. Подобные фамилии (Коротких, Чутких, Седых) чаще всего встречаются в архангельских, вятских, пермских и сибирских говорах, где эта патронимическая конструкция сохранилась дольше, чем в центральной России.

Существует и вторая, менее вероятная версия. Прилагательное «семерной» в некоторых говорах означало «в семь раз больший» — о размере, количестве или весе. Тогда прозвище Семерной могло закрепиться за человеком крупного телосложения, рослого и сильного. Однако эта гипотеза уступает первой по убедительности: называть ребенка по счету было привычным делом, а вот прозвище, отсылающее к абстрактной кратности, встречается реже и хуже объясняет, почему оно закрепилось именно за этим человеком.

Интересно, что фамилия сохранила архаичную форму без выпадения гласного: мы говорим «Семерных», а не «Семернов». Это лишний раз подтверждает, что фамилия сложилась в регионе, где преобладала модель на -их/-ых, и не прошла через позднейшее канцелярское оформление, которое обычно приводило к унификации в сторону -ов/-ев.

От той же основы образованы и другие фамилии — Семернин, Семерников, Семерной. Но форма Семерных стоит особняком: она не просто называет предка, а указывает на принадлежность целому роду, к которому обращались как к «семерным». Это делает фамилию живым свидетельством того, как в старину строили родственные связи и как порядковое имя одного человека становилось именем всей семьи на поколения вперед.