Фамилия Симбирский в подавляющем большинстве случаев — это указание на родство с городом Симбирском. Так могли назвать человека, который долго жил в этих местах, служил там или был оттуда родом, а затем перебрался на новое место. В старину подобные «географические» прозвища быстро закреплялись за переселенцами и их потомками, отвечая на простой вопрос: «Откуда ты?» — «Я симбирский».

История самого названия уходит в XVII век, когда в 1648 году на Волге заложили крепость, ставшую начальным пунктом Синбирской засечной черты. Так называли линию оборонительных сооружений, защищавших южные и юго-восточные рубежи Русского государства от кочевников. Наименование и черты, и будущего города дали по местности — Синбирские горы и древнему Синбирскому городищу на левом берегу Волги. Любопытно, что привычная нам форма «Симбирск» с буквой «м» получила официальное признание только в конце XVIII века, а до этого город и уезд писали как «Синбирск».

Эта особенность важна для этимологии фамилии. Форма Симбирский, закрепившаяся в документах, отражает более поздний, «обрусевший» вариант произношения топонима. Если бы фамилия возникла раньше, мы бы, скорее всего, встречали вариант Синбирский. Впрочем, обе формы сосуществовали в письменных источниках долгое время, поэтому не стоит удивляться, если в старых метрических книгах предок записан как Синбирский, а его сын — уже как Симбирский.

Суффикс -ск- в фамилии типичен для обозначения принадлежности к местности: он встречается у множества дворянских и простонародных фамилий, образованных от названий городов (Казанский, Тульский, Вятский). Однако в отличие от некоторых других случаев, фамилия Симбирский не обязательно говорит о дворянском происхождении. Её могли получить и крестьяне, и посадские люди, и служилые, переехавшие в другие губернии. В этом смысле она — маркер малой родины, а не сословия.

Отдельно стоит сказать о редкой возможности происхождения от личного имени или прозвища. В древнерусской традиции существовало имя Симбир, возможно, тюркского или мордовского корня, но версия с городом выглядит гораздо убедительнее. Топонимическая основа очевидна и подкреплена историей засечной черты, тогда как гипотеза о личном имени не имеет достаточных доказательств в письменных источниках.

Встречаемость фамилии за пределами Поволжья объясняется миграционными процессами: в XVIII–XIX веках выходцы из Симбирской губернии расселялись по всей России, и их фамилия становилась своеобразным напоминанием о покинутых краях. Сегодня носители фамилии живут по всей стране, и для каждого из них это имя — осколок большой истории освоения юго-восточных рубежей России.