Фамилия Сивирины — редкий пример того, как в одном слове уживаются две совершенно разные истории происхождения. В основе фамилии лежит личное имя или прозвище Сивира, от которого через стандартный патронимический суффикс -ин и образовалась фамилия: Сивира → Сивирин, то есть «сын Сивиры». Суффикс -ин в русской традиции указывал на принадлежность к отцу, поэтому фамилия закрепилась за потомками человека с таким именем.

Первая версия происхождения прозвища Сивира уводит в народную стихию. В рязанских говорах словом «сивера» называли холодную и мокрую погоду, которая приходит с северным ветром. Такое имя-оберег или имя-характеристику могли дать ребенку, родившемуся в непогоду, — как своеобразную метку, связанную с обстоятельствами его появления на свет. Это мирское имя не несло негативного оттенка: в крестьянской среде подобные прозвища часто давали по природным явлениям, и они легко приживались в обиходе.

Вторая гипотеза связывает Сивиру с крестильным именем Севериан. Оно пришло из латыни и переводится как «строгий». В церковном календаре это имя связано с мучеником Северианом, пострадавшим за веру в IV веке. В народной среде полное церковное имя часто сокращали и переиначивали на свой лад, поэтому форма Сивира вполне могла стать обиходным вариантом Севериана. Правда, эта версия менее убедительна: фонетически переход от Севериана к Сивире возможен, но не так естественен, как прямое заимствование из диалектного слова «сивера».

Стоит обратить внимание на то, что фамилия Сивирин встречается не только у русских. В украинской и белорусской традиции аналогичная фамилия могла образовываться от имени Сивір або Сивер, что также связано с севером или с тем же Северианом. Но для русской ветви более логичным выглядит именно диалектное происхождение, поскольку слово «сивера» фиксируется в рязанских говорах и имеет четкую географическую привязку.

Точное время и место возникновения фамилии Сивирин сейчас установить сложно — процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, и массово они закрепились лишь к XVII–XVIII векам. Однако сама фамилия — живой памятник народной речи: она сохранила в себе слово, которое сегодня почти вышло из употребления, и напоминает о том, как тесно в прошлом были связаны имя человека и природа вокруг него.