Фамилия Скоромников прямо отвечает на вопрос, чем занимался или как вёл себя её первый носитель. В её основе лежит прозвище Скоромник, которое в церковно-бытовой среде давали человеку, не соблюдавшему пост и позволявшему себе есть скоромное — мясо, молоко, яйца — в запрещённые дни. Это было заметное нарушение общепринятого уклада, поэтому прозвище быстро закреплялось и переходило к детям.

Впрочем, у прозвища была и вторая, более резкая грань. Скоромником нередко называли того, кто не стеснялся в выражениях, вёл речи с налётом непристойности, вёл себя похотливо. В народной этимологии слово «скоромный» связывали не только с едой, но и с плотскими грехами, поэтому прозвище могло прилипнуть к человеку с грубоватым или сластолюбивым нравом. Какая из версий точнее для конкретного предка, теперь не установить, но обе они бытовали в живой речи.

Сама модель образования фамилии проста и характерна для русского Севера, Поволжья и центральных областей: суффикс -ов присоединялся к основе прозвища, образуя притяжательное прилагательное. Сначала Скоромников — это «сын Скоромника», затем фамилия закрепилась окончательно. По такому же принципу возникли десятки других русских фамилий от прозвищ, описывавших поведение человека: например, Постников, Гуляев, Молчанов.

Стоит заметить, что однокоренные фамилии — Скоромин, Скоромный, Скоромкин — встречаются реже, но все они восходят к тому же корню. Редкость вариантов говорит о том, что прозвище не было массовым, а присваивалось точечно, за конкретный проступок или особенность характера. В документах XVII–XVIII веков такие прозвища фиксировали у крестьян и посадских людей, но фамилия не указывает на сословие: её мог получить и зажиточный ремесленник, и дворовый человек.

О точной географии фамилии говорить сложно: переписи не сохранили единой картины. Однако по встречаемости в современных справочниках Скоромниковы чаще попадаются в центральных регионах России, что косвенно подтверждает её происхождение в среде великорусского населения. В дворянские родословные книги фамилия не попала, так что её история — это история простого человека, чьё поведение или привычки в еде оказались настолько яркими, что запомнились соседям на века.