Фамилия Сталин — редкий случай, когда ономастика пересекается с большой историей, причем пересекается неожиданным образом. Если отбросить известного носителя, перед нами классическая русская фамилия, образованная от прозвища. В основе лежит слово «сталь» — название металлического сплава, которое пришло в русский язык через польское посредство из германских языков, где его корень означал «твердо стоящий». На Руси это слово известно с XV века, и в ту пору сталь была главным материалом для оружия и режущих инструментов.

Прозвище Сталь, скорее всего, относилось к профессиональным именованиям. Металлургия в Древней Руси стояла на высоком уровне: железо и сталь получали методом прямого восстановления руды, так называемым сыродутным способом. Это изобретение, которому почти три тысячи лет, до появления чугунолитейной техники оставалось единственным способом получить черный металл. Человек, владевший таким ремеслом, вполне мог получить прозвище по материалу, с которым работал.

Есть и вторая гипотеза, менее очевидная. Согласно ей, фамилия восходит к имени Сталя — просторечной форме имени Станислав, возникшей через промежуточный вариант Станя. Имя это славянское и означает «стань славным». У восточных славян оно считалось дохристианским, а вот у поляков вошло в церковный календарь и распространено до сих пор. Эта версия правдоподобна, но для фамилии Сталин выглядит вторичной: слишком сильна смысловая связь с металлом, чтобы от нее отмахиваться.

Фамилия встречается в документах, и это важно: она не была выдумана в XX веке. В архивных источниках прокуратуры Москвы упоминается шофер Наркомпрода Дмитрий Михайлович Сталин, родившийся в 1895 году в Екатеринославе. То есть к моменту, когда Иосиф Джугашвили выбрал себе псевдоним, фамилия уже существовала в народной среде.

Известность фамилии определил именно псевдоним советского лидера. Джугашвили взял его как партийную кличку, и этот выбор оказался настолько удачным с точки зрения пропаганды, что затмил реальную историю слова. С именем Сталина связаны и индустриализация, и разгром фашизма, и коллективизация с голодом 1932–1933 годов, и массовые репрессии, и начало холодной войны. Но для этимолога важнее другое: псевдоним не порвал связь с народной традицией, а лишь использовал готовую модель, по которой в России веками создавались фамилии от прозвищ.