Фамилия Статутяк — яркий пример того, как по суффиксу можно определить не только происхождение, но и регион, откуда родом её первые носители. Ключевой элемент здесь — -як. В восточнославянской ономастике этот суффикс характерен для фамилий, образованных на западноукраинских и белорусских землях, особенно в Галиции, на Волыни и в Полесье. Он часто указывал на принадлежность человека к чему-либо или на его характерный признак, выступая в роли своеобразного прозвищного маркера.

Основа фамилии — Статут. В отличие от распространённых имён или профессий, это слово имеет вполне конкретное историческое значение. Статутом в Речи Посполитой называли свод законов — например, Литовский статут, который действовал на землях современной Украины и Беларуси. Человек, получивший прозвище Статут, мог быть либо грамотным толкователем этих законов (писарь, судья, возный), либо, что проще, обладателем соответствующего документа, который выделял его среди соседей. В крестьянской среде прозвище часто давали по вещи: «Статут» — тот, у кого есть книга законов, или тот, кто постоянно на неё ссылается.

Менее вероятна, но возможна версия происхождения от личного имени Станислав через усечённую форму Стат, с последующим наращением суффикса -ут. Однако в этом случае мы бы ожидали фамилию Статутяк от формы Статута, что менее логично, чем прямая связь с нарицательным «статут». Человек, носивший прозвище Статут, был, скорее всего, грамотным или имел отношение к местной административной системе — явление редкое для простолюдина, но вполне возможное для зажиточного крестьянина или мещанина.

С точки зрения словообразования, фамилия Статутяк — типичная «украинская» модель: основа + суффикс -як, который в польском и украинском языках выполнял ту же функцию, что и русские -ов/-ев. Он означал «сын того, кого назвали Статут» или просто «человек, имеющий отношение к Статуту». Окончание -як (вместо -ак) указывает на мягкость основы, что характерно для говоров Подолья и Галичины.

Таким образом, предок современных Статутяков — это, вероятно, житель западноукраинских земель, получивший прозвище за связь с юридическим документом или уставом. Фамилия не массовая, что подтверждает её локальный характер: она не «разошлась» по всей империи, а осталась в местах первоначального бытования. Встретить её можно и сегодня в Тернопольской, Львовской или Хмельницкой областях, а также среди потомков эмигрантов в Канаде и США.