Фамилия Стерелюкин — редкий случай, когда даже основа прозвища вызывает споры. Однозначного ответа, от какого слова пошло имя родоначальника, нет, но можно выделить три версии, и у каждой — своя логика.

Самая прямая гипотеза связывает прозвище Стерелюка с глаголом «стеречь», то есть «охранять, следить за сохранностью». В этом случае прозвище закрепилось за сторожем или человеком, чья работа была связана с защитой имущества или скота. Такие прозвища по роду занятий давали повсеместно, поэтому версия выглядит правдоподобно и не требует особых оговорок.

Вторая версия уводит в диалектную лексику. В Брянской губернии словом «стёрлиг» называли стерлядь — рыбу семейства осетровых. Если допустить, что в народном произношении слово изменилось до неузнаваемости, то Стерелюкой могли прозвать рыбака, промышлявшего стерлядью. Слабое место этой гипотезы в том, что переход «стёрлиг» в «Стерелюка» фонетически неочевиден, но полностью исключать её нельзя: диалектные искажения порой дают самые неожиданные формы.

Третья версия — самая поэтичная. Она возводит прозвище к слову «стерх», так называют белого журавля. Голос стерха — чистый, высокий, протяжный — заметно отличается от криков других журавлей. В России эти птицы гнездятся в Якутии, в безлюдных и труднодоступных районах тундры, а также в Приобье, среди топких болот, окружённых лесом. В таком случае имя Стерелюка могло быть не прозвищем, а охранительным именем: родители, называя так младенца, хотели, чтобы природа воспринимала ребёнка как своего, а ему передались полезные качества избранного представителя животного мира. Подобная традиция — давать детям имена-обереги от зверей и птиц — встречается у многих народов, и для русской деревни она не редкость.

Суффикс «-ин» в фамилии указывает на притяжательное значение: Стерелюкин — это «сын Стерелюки», потомок человека с таким прозвищем. Модель образования простая и архаичная, она характерна для семейных имён, сложившихся в северных и центральных русских говорах.

Какая из версий верна — сказать трудно. Но если отталкиваться от частотности подобных образований, версия со сторожем (от «стеречь») выглядит наиболее естественной: она не требует допущений о диалектных искажениях или символических обрядах. Версии со стерлядью и стерхом — скорее красивые предположения, которые имеют право на существование, но опираются на более хрупкие лингвистические основания.