Фамилия Стрилец хранит память о военной профессии предков, и эта память куда конкретнее, чем у большинства «профессиональных» фамилий. Она образована от прозвища или прямого именования «стрелец», то есть стрелок. Вопрос только в том, кого именно так называли: солдата регулярного войска, охотника с ружьём или мастера, делавшего стрелы. Разобраться помогает история самого слова.

Слово «стрелец» в XVI–XVII веках было не просто описанием рода занятий, а официальным званием. В 1550 году Иван Грозный создал отряд «стрельцов из пищалей» — три тысячи человек, набранных из свободного посадского населения. Это было первое постоянное пехотное войско с огнестрельным оружием. К концу XVII века московских стрельцов насчитывалось уже 22,5 тысячи, и служба их была пожизненной и наследственной: сын стрельца обязан был идти по стопам отца. Поэтому фамилия Стрилец, скорее всего, закрепилась именно за потомком служилого человека, а не за случайным охотником.

Стрельцы несли караульную службу в Кремле, охраняли порядок в городе, участвовали в походах. За это они получали жалованье и довольствие от казны и жили отдельно — в стрелецких слободах. В мирное время им разрешалось заниматься ремёслами, торговлей и огородничеством, что сближало их с посадскими людьми. Эта двойственность — военный по званию, но горожанин по быту — и отразилась в фамилии: она звучит не как дворянская, а как фамилия служилого человека «по прибору», то есть набранного на службу, а не по рождению.

История стрельцов была драматичной. Тяжёлая служба, задержки жалованья и злоупотребления начальства не раз приводили к бунтам. После Стрелецкого восстания 1698 года Пётр I расформировал войско, а стрельцов с семьями выселил из Москвы. Память о них осталась в московской топонимике — Стрелецкие улицы и переулки существуют до сих пор. Так что носитель фамилии Стрилец может проследить свою родословную вплоть до одной из самых известных и трагических страниц допетровской Руси.

Форма фамилии — Стрилец, а не Стрелец — указывает на южнорусское или украинское произношение, где «е» после шипящих переходило в «и». Это не ошибка написания, а диалектная особенность, которая закрепилась в документах. Возможно, предок носителя фамилии происходил из южных земель, где стрельцы тоже несли службу, или же фамилия оформилась уже после расформирования войска, когда бывшие служилые разъехались по разным регионам. В любом случае, Стрилец — это не переделка чужой фамилии, а самостоятельная форма, сохранившая живое народное произношение.