Фамилия Тарахтеев — яркий пример того, как прозвище, данное за манеру речи или поведения, намертво закрепилось в родовом имени. В её основе лежит глагол «тарахтеть», который в русских говорах означал «говорить быстро, без умолку, трещать», а также «издавать громкий стук, грохот». Первый носитель, Тарахтей, скорее всего, был человеком бойким, словоохотливым или, напротив, суетливым и шумным. В отличие от многих фамилий, образованных от крестильных имён (Иван — Иванов), эта происходит напрямую от бытового прозвища, что сразу указывает на её нецерковное, народное происхождение.

Модель образования типична для восточнославянских фамилий: суффикс -ев присоединился к основе Тарахтей, обозначая принадлежность («чей?» — сын Тарахтея). Интересно, что сама основа могла быть не только прозвищем, но и вариантом редкого дохристианского имени Тарах, встречавшегося в старых писцовых книгах. Однако в случае с Тарахтеевым мы имеем дело именно с экспрессивной формой: суффикс -ей усиливал прозвищный оттенок, делая его более «звучащим» и характерным.

Географически фамилия тяготеет к центральным и поволжским областям России. Встречается она нечасто, что говорит о её локальном происхождении — прозвище не получило массового распространения, а осталось в пределах одной или нескольких крестьянских общин. В сословном плане Тарахтеевы, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми: прозвища, данные по манере говорить или вести хозяйство, редко встречались в дворянской среде, где предпочитали фамилии от географических названий или церковных имён.

Любопытно сравнить Тарахтеева с фамилиями того же корня, например, Тарахтин или Тарахов. Если Тарахтин мог произойти от слова «тарахта» (нечто громыхающее), то Тарахтеев сохранил именно глагольную основу с суффиксом деятеля. Это делает фамилию не просто «сыном того, кто тарахтит», а буквально «сыном Тарахтея» — человека, чьё прозвище само по себе было маленькой звуковой характеристикой. В некоторых говорах слово «тарахтей» имело ироничный оттенок — так могли назвать несерьёзного болтуна, но в контексте фамилии эта оценка со временем стёрлась, оставив лишь память о живом народном языке.