Фамилия Тарантина образована от прозвища Таранта, а оно, в свою очередь, восходит к глаголу «тарантить». В старину это слово означало «говорить бойко, резко, скоро, торопливо». Так что Тарантой называли человека разговорчивого, общительного, того, кто сыплет словами без остановки, не подбирая выражений. Прозвище цепкое, звукоподражательное: оно передаёт саму манеру речи — быструю, дробную, с напором.

Существует и другая версия, но она заметно слабее. Некоторые исследователи пытаются связать прозвище со словом «таран» — стенобитным орудием, окованным бревном, которым раскачивали и били в стену. В этом случае Тарантой могли бы назвать упрямца, который добивается своего, не останавливаясь ни перед чем. Однако для прозвищ, данных по характеру, глагол «тарантить» выглядит куда естественнее: он прямо описывает поведение, тогда как «таран» — это предмет, и перенос его на человека потребовал бы дополнительных смысловых ступеней. К тому же слово «таран» в бытовой речи было редкостью, а вот глагол «тарантить» звучал живо и обиходно.

Фамилия построена по простой и очень распространённой модели: к основе Тарант- добавлен суффикс -ин, указывающий на принадлежность. Первоначально Тарантина — это «дочь Таранты» или «жена Таранты», а в более широком смысле — «из семьи Таранты». Такие фамилии на -ин чаще всего возникали в северных и центральных русских землях, где притяжательные прилагательные с этим суффиксом были нормой. Позже форма закрепилась за родом и перестала зависеть от пола носителя.

Интересно, что фамилия сохранила старую основу без смягчения: мы говорим Тарантина, а не Тарантьина, хотя глагол звучит как «тарантить». Это говорит о том, что прозвище зафиксировалось в речи раньше, чем произошло фонетическое выравнивание, либо просто о том, что в говорах, где фамилия возникла, форма «таранта» употреблялась самостоятельно.

Родственные фамилии — Тарантов, Тарантинов, Тарантьев — встречаются реже, но все они восходят к тому же корню. Если вы носите фамилию Тарантина, ваш предок почти наверняка был человеком живым, словоохотливым, возможно, балагуром или заводилой в разговоре. Прозвища такого типа давались не в укор, а скорее как меткая примета, которая прилипала к человеку на всю жизнь и переходила к потомкам.