Фамилия Теленин — один из тех случаев, когда за привычным звучанием скрывается неочевидная основа. Самое распространённое объяснение ведёт к слову «тело», но не в прямом анатомическом смысле, а через прозвище Тёла или Теленя. В русских говорах «тёлой» называли упитанного, крупного человека, а «теленя» — нечто похожее на «телёнка»: либо по мягкому характеру, либо по внешней массивности. Так что первый Теленин, скорее всего, получил фамилию не от тела как такового, а от прозвища, которое дали за стать или нрав.

Суффикс -ин указывает на типичную восточнославянскую модель образования от основ на -а/-я: «чей?» — Теленин, то есть сын или потомок Теленя. Такая форма говорит о том, что фамилия сложилась в среде, где прозвища были живыми и бытовыми — в крестьянской или посадской среде центральной России, а не в дворянской. В документах XVII–XVIII веков подобные прозвища встречаются в переписях северных и поволжских уездов, где слово «теленя» фиксировалось как личное именование.

Есть, правда, и менее очевидная версия. В некоторых говорах «теленя» могло быть искажением от «телепень» — увалень, неуклюжий человек. Но эта гипотеза слабее: слишком далека фонетика, и в ономастических работах (например, в словаре Б. Унбегауна) она не подтверждается. Гораздо вероятнее, что основа — именно «тело» в уменьшительной или прозвищной форме.

Интересно, что фамилия Теленин не имеет отношения к слову «телец» или к скотоводству. В отличие, скажем, от Тельнова или Тельцова, где корень указывает на быка или тельца, Теленин — это про человека, а не про животное. Такое различие часто упускают, когда пытаются объяснить фамилию «по работе предков».

Географически фамилия встречается в основном в центральных областях России — в Тульской, Рязанской, Владимирской губерниях, а также на Урале, куда она попала с переселенцами в XVIII–XIX веках. Встречаемость невысокая, что типично для прозвищных фамилий, не ставших массовыми.