Фамилия Терновой звучит как прилагательное, отвечающее на вопрос «чей?», и это сразу подсказывает путь её образования: перед нами типичная русская фамилия, закрепившаяся за родом через прозвище. В основе лежит слово «тёрн» — колючий кустарник с терпкими синими ягодами, который в средней полосе России всегда был приметным элементом ландшафта. Но что именно означало прозвище Терновой для конкретного человека, сказать однозначно нельзя: народная молва могла вложить в него несколько разных смыслов.

Самая житейская версия связывает прозвище с характером. Терновник — растение густое, цепкое, пробираться сквозь него трудно, поэтому Терновым в деревне могли назвать нелюдимого, замкнутого человека, который держится особняком, словно за колючей изгородью. Такое объяснение лежит на поверхности и вполне могло возникнуть независимо в разных местностях.

Вторая версия — ремесленная, и она не менее правдоподобна. Из плодов тёрна в старину делали терновую наливку, которую называли терновкой. Напиток этот был распространён, но требовал определённого умения: ягоды собирали после первых заморозков, когда уходила излишняя терпкость. Поэтому прозвище Терновой могло закрепиться за человеком, который промышлял изготовлением или продажей такой наливки, — своего рода деревенский винодел, чей продукт знали и ценили.

Третья версия уводит в книжную, семинарскую среду. Выражение «терновый венец» — символ мученичества и страдания, отсылающий к евангельскому рассказу о колючем венке, надетом на Иисуса Христа перед казнью. В духовных училищах семинаристам нередко давали фамилии по церковным символам и понятиям, и Терновой (или Терновый) вполне могла стать такой искусственной фамилией, подчёркивающей смирение и готовность к лишениям. Эта гипотеза объясняет, почему фамилия встречается и в среде духовенства, хотя её корень — чисто народный.

Обратите внимание на окончание: Терновой, а не Тернов. Это краткая форма притяжательного прилагательного, которая в северных и центральных русских говорах нередко заменяла полную форму на -ов. Так что фамилия Терновой — не искажение и не вариант, а самостоятельная модель именования, ровесница более частотной фамилии Тернов. Обе они выросли из одного прозвища, но каждая пошла своим путём.

Какую из версий выбрать? Если род происходит из крестьянской среды, скорее всего, прозвище отражало либо характер, либо занятие предка. Если же в семейном предании упоминается священник или учитель духовного училища, семинарское происхождение фамилии становится более вероятным. Точного ответа нет, но сам выбор между «колючим человеком» и «мастером терновки» даёт любопытную зарисовку из жизни предков.