Фамилия Ткаченка — хороший пример того, как написание может сбить с толку. На слух она почти неотличима от массовой украинской фамилии Ткаченко, но именно конечное «-а» вместо «-о» меняет всё. Это не ошибка и не опечатка, а редкая белорусская модель образования фамилий.

Если Ткаченко — это стандартная украинская фамилия со значением «сын ткача» (суффикс -енк(о) указывал на потомка), то Ткаченка — то же самое, но в белорусской огласовке. В белорусском языке суффикс -енк(а) выполнял ту же функцию: обозначал «маленького» или «сына» человека по профессии. В основе лежит то же слово «ткач» — мастер, работавший на ткацком станке. В условиях, когда фамилии только закреплялись, сына ткача в документах могли записать как Ткаченка, то есть «Ткачёнок». Со временем форма застыла и стала передаваться по наследству уже как фамилия.

Географически фамилия Ткаченка тяготеет к восточным регионам Беларуси — Могилёвской и Витебской областям, а также к приграничным районам Смоленщины и Брянщины. В украинских переписях она встречается редко, и если попадается, то чаще как результат белорусского влияния или поздней русификации. Интересно, что в XIX веке в некоторых метрических книгах одну и ту же семью могли записывать то через «-о», то через «-а» — писарь ориентировался на местное произношение. Поэтому не исключено, что предки носителя фамилии Ткаченка могли быть записаны и как Ткаченко, и как Ткаченков.

Ремесло ткача в доиндустриальной деревне было повсеместным, но не самым престижным. В отличие от кузнеца или мельника, ткач чаще работал на дому, на заказ или на помещика. Фамилия не указывает на высокое сословие — её носители были крестьянами или мещанами, людьми, чей труд был незаметен, но необходим. Ткаченка — не переделанная на русский лад фамилия, а именно местная, белорусская форма, сохранившая своё звучание вопреки унификации.