Фамилия Толстенёв — наглядный пример того, как русская словообразовательная модель превращает бытовое прозвище в родовое имя. В её основе лежит прилагательное «толстый» с уменьшительным суффиксом «-еньк-», что даёт форму «толстенький». От этого прозвища через фамильный суффикс «-ёв» и возникла фамилия. Если разложить цепочку: прозвище Толстенький → притяжательное прилагательное «Толстенёв» (чей? — сын Толстенького) → закрепившаяся фамилия.

Важно понимать: в старину прозвище Толстенький не несло насмешливого оттенка, который мы вкладываем в него сегодня. Полнота считалась признаком здоровья, достатка и силы. В крестьянской среде дородный человек — работник, способный поднять хозяйство; в купеческой — символ солидности и благополучия. Поэтому прозвище звучало скорее уважительно, чем уничижительно.

Сам суффикс «-ёв» указывает на патронимическую модель: так образовывались фамилии от имён и прозвищ, оканчивающихся на мягкий согласный или на «-еньк-». Интересно, что здесь мы видим редкий случай, когда промежуточная форма с уменьшительным суффиксом не отброшена, а сохранена в основе. Сравните с однокоренными фамилиями: Толстов, Толстых, Толстяков — все они от того же корня, но каждая фиксирует разный срез прозвищной традиции.

Точное место и время возникновения фамилии Толстенёв установить сложно: процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, а письменные источники фиксируют лишь верхушку айсберга. Однако словообразовательный тип говорит о том, что фамилия сложилась в среде, где прозвища передавались по наследству естественным путём — скорее всего, в крестьянской или купеческой среде, где родственные связи и семейные прозвания играли ключевую роль в самоидентификации.

Отдельного внимания заслуживает написание: вариант Толстенёв с «ё» — не орфографическая случайность, а маркер произношения. В документах XIX века эта фамилия могла писаться как Толстенев (без «ё»), что создаёт ложное впечатление двух разных родов. На самом деле это одна фамилия, просто с течением времени буква «ё» то появлялась, то исчезала в зависимости от канцелярской практики.