Фамилия Тринев в своей основе почти наверняка хранит память о порядке рождения в семье. Ее исходное ядро — мирское имя Третьяк, которое на Руси давали третьему ребенку или третьему сыну. Это имя было не церковным, а бытовым, и в повседневной речи оно быстро обрастало уменьшительными формами: Триня, Треня, Тренька. От одной из этих форм, а именно от Трини, и пошла фамилия Тринев.

Словообразовательная модель здесь простая и прозрачная: суффикс -ев присоединялся к основе, оканчивающейся на мягкий согласный, и указывал на принадлежность. Тринев — значит «сын Трини», то есть потомок человека, которого в детстве звали Триня. Такой тип фамилий — отчество, застывшее в родительном падеже, — один из самых массовых в русской ономастике.

География бытования имени Третьяк и его производных широка, но исследователи отмечают, что особенно часто такие имена встречались на русском Севере, в том числе в Архангельской области. Это объяснимо: вдали от крупных церковных центров мирские имена держались дольше и прочнее, а традиция называть детей по счету была очень устойчивой в крестьянской среде. Поэтому предки Триневых, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми северных земель.

Существует и вторая, менее вероятная версия. Согласно ей, форма Триня могла быть сокращением от христианских имен Трифон, Трофим или Трифилий. Такое сокращение возможно: народная речь легко ужимала длинные календарные имена до коротких домашних прозвищ. Однако против этой гипотезы говорит простота и очевидность первой версии: имя Третьяк было настолько распространено, что именно его производные чаще всего порождали фамилии с основой «Трин-». К тому же от Трифона чаще образовывались формы Триша или Тришка, а от Трофима — Троша, что дальше от фамилии Тринев.

Родственные фамилии — Третьяков, Третьяк, Тренькин, Тринин — все они выросли из того же корня и подтверждают: перед нами не единичный случай, а целое гнездо фамилий, связанных с порядковым номером ребенка в семье. Так что если вы носите фамилию Тринев, можете быть уверены: ваш далекий предок почти наверняка был третьим сыном, и это обстоятельство закрепилось в семейном имени на века.