Фамилия Трунина — одна из тех, что на первый взгляд кажутся простыми, но при ближайшем рассмотрении открывают неожиданный пласт народной речи. В её основе лежит прозвище Труня, которое восходит к диалектному слову «трун» — так в некоторых говорах называли отрепье, ветошь, изношенную одежду. Логика прозвища проста и безжалостна: Труней в деревне могли окликнуть бедняка, чья одежда превратилась в лохмотья, или неряшливого человека, не следившего за своим видом. Так что фамилия, вопреки возможному ожиданию, связана не с каким-то ремеслом или именем, а с бытовой характеристикой внешности и достатка.

Словообразовательная модель здесь классическая для русских фамилий: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей сын?» — Трунин), то есть фамилия буквально означает «ребёнок Труни». Это типичный пример «прозвищной» фамилии, закрепившейся за потомками человека, которого когда-то так прозвали соседи.

География фамилии показательна. Трунины встречаются в центрально-чернозёмных областях — записаны в Курске, Орле, Туле, а также в Горшеченском районе Курской области. Но удивительнее другое: фамилия нередка на Русском Севере, в Шенкурском и Пинежском районах Архангельской области, и в Зауралье. Такое распространение говорит о том, что прозвище Труня не было узко локальным, а бытовало в разных регионах, куда его приносили переселенцы. Северная привязка особенно интересна: в архангельских говорах слово «трун» имело хождение именно в значении ветоши, что подтверждает версию о прозвище бедняка.

Иногда пытаются связать фамилию с глаголом «трунить» (подшучивать, насмехаться), но эта версия выглядит натянутой. Прозвище от «трунить» дало бы форму Трунила или Трунщик, а не Труня. Слово же «трун» в значении «отрепье» зафиксировано в диалектных словарях, поэтому версия о бедняке остаётся основной.

Среди носителей фамилии есть люди, оставившие след в культуре. К известным представителям относится Вадим Васильевич Трунин (1935–1992), русский писатель, публицист и киносценарист из Москвы. Его биография — напоминание о том, что за безобидным, на первый взгляд, прозвищем предка может стоять история семьи, прошедшей путь от деревенской бедноты до столичной интеллигенции.

Так что фамилия Трунина — это не просто метка рода, а короткий портрет далёкого предка, которого соседи запомнили по его небогатому виду. И в этом смысле она ничем не хуже фамилий, образованных от имён или ремёсел: за ней стоит живой человек и его время.