Фамилия Цибулаев — из тех, что сбивают с толку при первом взгляде. Кажется, что перед нами тюркский корень, но на деле это чисто славянская, точнее южнорусская или украинская фамилия, записанная в непривычной огласовке.

В основе лежит слово «цибуля» — так в украинском, белорусском и южных говорах России называют лук (репчатый или зелёный). Суффикс -ев указывает на принадлежность: Цибулаев буквально означает «сын Цибулая», а Цибулай — это адаптированная к русскому произношению форма прозвища Цибуля. Такая замена «я» на «ай» типична для регионов, где русский язык соседствовал с тюркскими: фамилии вроде Костяев (от Костя) или Васяев (от Вася) образованы по той же модели. То есть Цибулаев — это не «луковый тюрк», а «луковый русский», просто с местным диалектным окончанием.

Прозвище Цибуля могли дать по разным причинам. Самый прямой вариант — огородник или торговец луком. Но в народной традиции «цибулей» нередко дразнили человека с круглой головой, с крупным носом или с едким, «кусачим» характером. В украинском фольклоре лук — символ горечи и слёз, так что прозвище могло быть и ироничным. Менее вероятна, но возможна связь с растением как с оберегом: луковицы вешали в доме от сглаза, и прозвище мог заслужить знахарь.

Географически фамилия тяготеет к Курской, Воронежской, Ростовской областям и к востоку Украины (Сумщина, Харьковщина). В документах XVII–XVIII веков встречаются однокоренные фамилии Цибулин, Цибульский, Цибуленко — все они восходят к тому же «луковому» корню. Цибулаев стоит особняком: это более редкая форма, возникшая на стыке славянской основы и русской словообразовательной модели с суффиксом -ев, который в фамилиях обычно крепится к именам на -ай.

Сословного барьера у фамилии не было: Цибулаевыми могли быть и крестьяне, и казаки, и мещане. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано, что тоже косвенно подтверждает её народное, прозвищное происхождение. Если ваш предок — Цибулаев, то с большой вероятностью он жил в чернозёмной полосе, занимался земледелием или торговлей, а его прозвище окружающие понимали без словаря — как шутку или как указание на занятие.