Фамилия Циулин — редкий пример того, как в одной словообразовательной модели столкнулись две совершенно разные культурные традиции. С одной стороны, перед нами классическая русская фамилия, построенная по привычной схеме: основа прозвища плюс типичный «семейный» суффикс -ин. С другой — сама основа Циула настолько неоднозначна, что заставляет задуматься: то ли перед нами польское влияние, то ли следы восточных феодальных порядков.

Если отталкиваться от самой простой версии, прозвище Циула происходит от польского глагола ciułac — «собирать с трудом, копить». В этом случае фамилия указывает на социальный статус предка: скорее всего, это был человек небогатый, вынужденный экономить и откладывать буквально по крупицам. Такое прозвище могли дать бережливому крестьянину или ремесленнику, который, несмотря на нужду, умел сберечь копейку. В этом смысле фамилия Циулин стоит в одном ряду с такими «говорящими» фамилиями, как Копейкин или Скаредов, которые тоже фиксировали черты характера или материальное положение.

Однако существует и более экзотическая гипотеза, уводящая нас в XV–XVI века, на территорию Ирана и Азербайджана. Речь идет о термине «тиуль» — форме условного феодального владения. В государстве Сефевидов тиулем называли пожалование служилым людям права собирать подати с определенной территории. По сути, это была не земля в собственность, а способ получать доход с нее. Если принять эту версию, то основатель рода Циулиных мог быть сборщиком налогов. Чередование согласных т/ц в таком случае объясняется естественным историческим развитием языка: звук [т'] перед гласным переднего ряда в некоторых говорах переходил в [ц'] — явление, хорошо знакомое диалектологам.

Какая из версий правдоподобнее? Польская выглядит убедительнее хотя бы потому, что фамилия с суффиксом -ин органично вписывается в северорусскую или западнорусскую традицию, где такие прозвища были обычным делом. Версия с «тиулем» красива, но требует допущения о том, что тюркский или персидский термин попал в русскую народную среду и превратился в личное прозвище. Такое случалось, но реже, и обычно через посредничество служилых людей, контактировавших с восточными соседями.

Сам суффикс -ин в фамилии указывает на притяжательное значение: Циулин — это «сын Циулы», потомок человека с таким прозвищем. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые чаще встречались на востоке и юге, форма на -ин типична для северных и центральных русских земель. Это косвенно подсказывает, где мог жить предок, хотя точное место и время возникновения фамилии назвать сложно — процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, с XV по XVII век, и шел в разных регионах неравномерно.

Что касается письменной фиксации, фамилия Циулин встречается крайне редко, что делает ее особенно интересной для генеалогического поиска. Если носитель фамилии захочет проследить свою родословную, ему стоит обратить внимание на исповедные росписи и ревизские сказки XIX века по западным губерниям — там, где польское влияние ощущалось сильнее, вероятность найти первых Циулиных выше. В любом случае, перед нами фамилия, которая, несмотря на свою редкость, хранит память о прозвище, а через него — о характере или занятии далекого предка.