Фамилия Турдакины — редкий пример фамилии, в основе которой лежит тюркское прозвище, а не христианское имя. Если вы ищете её значение, то почти наверняка столкнётесь с двумя версиями, и первая из них выглядит значительно убедительнее.

Фамилия образована от прозвища Турдак по стандартной модели: к основе добавили русский патронимический суффикс -ин, который отвечал на вопрос «чей?» и означал «сын Турдака». То есть изначально Турдакины — это дети, потомки человека по прозвищу Турдак.

Само прозвище, вероятнее всего, восходит к киргизскому слову «турде» — «придавать вид». Смысл здесь не столько в действии, сколько в результате: Турдаком могли называть человека, который следит за собой, любит наряжаться, то есть модника или просто красивого человека. В этом случае прозвище несло одобрительный, уважительный оттенок и закреплялось за человеком с приметной внешностью.

Существует и вторая, менее правдоподобная гипотеза, которая выводит основу из коми-пермяцкого слова «турдыны» — «окоченеть». Она объясняет происхождение фамилии совсем иначе: прозвище могли дать человеку, который легко мёрз, или же оно носило ироничный характер. Но здесь есть проблема: фамилия имеет явные восточные корни, и связь с тюркскими языками прослеживается чётче, чем с финно-угорскими. Поэтому версию о «красивом человеке» стоит считать основной, а коми-пермяцкую — лишь экзотическим дополнением.

Точное место и время возникновения фамилии Турдакины назвать сложно: процесс формирования русских фамилий растянулся на несколько столетий, и восточные прозвища могли попадать в ономастикон разными путями — через торговые связи, военную службу или дипломатические контакты. Однако сам факт, что в основе лежит тюркское слово, говорит о том, что родоначальник семьи, скорее всего, имел прямое отношение к восточной культуре либо жил в регионе с сильным тюркским влиянием.

Сама фамилия — замечательный памятник восточной письменности и культуры, сохранивший в русской морфологии след давних межэтнических контактов. Сегодня она встречается нечасто, но каждый её носитель несёт в себе память о прозвище, которое когда-то выделило его предка из толпы — возможно, за красоту или изысканный вкус.