Фамилия Ушанковы — яркий пример того, как прозвище, данное по внешнему признаку, закрепилось в родовом имени. Её основа — слово «ухо», но не в прямом, а в производном значении. В русских говорах «ушан» или «ушак» называли человека с большими, оттопыренными или просто заметными ушами. Такое прозвище было не обидным, а описательным — в крестьянской среде внешние приметы часто становились основой для фамилий.

Фамилия образована по стандартной восточнославянской модели: прозвище Ушан (или Ушак) плюс патронимический суффикс -ов, который буквально означает «сын Ушана». Суффикс -к- в основе (Ушан-к-ов) указывает, что прозвище имело уменьшительно-ласкательную или просторечную форму. То есть Ушанок — это «маленький ушастый» или «сын Ушана». Со временем форма «Ушанков» закрепилась как фамилия, а множественное число «Ушанковы» указывает на принадлежность к одному роду.

В ономастике встречается и другая версия — связь с головным убором «ушанка». Но она менее вероятна: слово «ушанка» вошло в обиход поздно (в XIX–XX веках), а фамилии на -ов/-ев массово сложились в XV–XVII веках. Скорее всего, шапку назвали по аналогии с прозвищем ушастого человека, а не наоборот.

Географически фамилия Ушанковы тяготеет к северным и центральным регионам России — Вологодской, Архангельской, Костромской, Нижегородской областям. В этих краях слово «ушан» в значении «большеухий» фиксируется диалектными словарями. Встречаются и варианты написания — Ушенков, Ушаков, но они образованы от тех же корней, хотя фамилия Ушаков значительно распространённее.

По сословной принадлежности Ушанковы, скорее всего, были крестьянами или посадскими людьми. В документах XVI–XVII веков такие фамилии не встречаются среди боярских родов — они характерны для непривилегированных слоёв, где прозвища давали по внешности, а не по роду занятий. В советское время фамилия не исчезла, но осталась малочисленной: по данным современных телефонных справочников, носителей Ушанковых в России не более нескольких сотен.

Таким образом, фамилия Ушанковы — это не про шапку, а про уши: прозвище, данное предку за заметную деталь внешности, перешло в фамилию и сохранило память о том, как в старину люди смотрели друг на друга и называли по самому яркому признаку.