Фамилия Ушенин напрямую связана с прозвищем Ушеня. Проще всего предположить, что так в старину называли человека с большими, заметными ушами — прозвища по яркой внешней черте на Руси давали легко и охотно, и они быстро закреплялись за семьей. Но есть и вторая, менее очевидная версия, которая уводит нас в степь: некоторые исследователи выводят основу из тюркского слова «ushaq». У этого слова был широкий спектр значений — от «маленький, невысокого роста» и «мальчик, ребенок» до «молодой слуга, паж» и даже «мелочный человек».

Какая из версий правдоподобнее? Для средней полосы России, где фамилия встречается чаще всего, первая, «ушастая», выглядит естественнее: она не требует миграций и объясняет всё простой метонимией. Тюркская гипотеза имеет право на существование, но она скорее объяснила бы происхождение фамилии в южных регионах или в среде служилых людей, контактировавших с татарами и ногайцами. Здесь же мы имеем дело с типичной для русских фамилий моделью: прозвище на -еня (как Гуленя, Тихоня) плюс притяжательный суффикс -ин, отвечающий на вопрос «чей сын?». Сын Ушени — Ушенин.

Если копнуть глубже, то прозвища с суффиксом -еня на Руси часто носили ласкательный или ироничный оттенок. Ушеней могли назвать не только большеухого, но и, скажем, ребенка, который всё время прислушивается, подслушивает — этакий «ушастый» в переносном смысле. Впрочем, для фамилии это уже не столь важно: она закрепилась за родом именно через отца, носившего такое прозвище.

Отдельного внимания заслуживает и то, что фамилия Ушенин не слишком распространена, что говорит о её достаточно узком очаге возникновения. Скорее всего, она зародилась в одном или нескольких соседних селах, а потом разошлась по стране с переселенцами. В документах XIX века такая фамилия встречается в переписях крестьянского и мещанского сословий, то есть предки Ушениных были, как правило, земледельцами или ремесленниками, а не дворянами. Это не умаляет её ценности: за ней стоит конкретный человек, которого когда-то заприметили по ушам или за его характер и дали ему меткое слово, пережившее века.