Фамилия Веретино — нечастая, но по-своему показательная. Она образована от прозвища или мирского имени Веретя, а суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — Веретин сын, потомок Верети. В русской модели фамилий на -ин обычно стоят основы, оканчивающиеся на -а или -я, и здесь именно такой случай: корень «верет-» с добавлением «-я» даёт имя Веретя, от которого уже пошла фамилия.

Корень «верет-» напрямую связан с веретеном — простейшим инструментом для ручного прядения нити. В старой русской деревне веретено было настолько массовым предметом, что прозвище Веретено или Веретя мог получить и сам прядильщик, и человек с характерной худощавой, вытянутой фигурой, напоминающей эту деталь прялки. Но есть и другая, не менее вероятная версия: в северных и центральных говорах «вереть» или «веретина» означало заросшую травой межу, полосу земли между полями, запущенный участок пашни. В этом случае прозвище Веретя давали крестьянину, жившему на таком отшибе или владевшему неудобным, «веретинистым» наделом. Ономастика знает немало фамилий, образованных от названий участков земли, — Веретино стоит в этом ряду, хоть и встречается реже, чем, скажем, Веретенников или Веретнов.

С точки зрения географии фамилия Веретино тяготеет к северо-западу России. В писцовых книгах XVI–XVII веков встречаются деревни с названием Веретино в Новгородской и Псковской землях, а также в бывших тверских уездах. Это не случайно: именно там диалектное слово «вереть» было в ходу, и фамилии от него образовывались естественным путём. В современных телефонных справочниках и базах данных Веретино чаще всего фиксируется в Вологодской, Архангельской и Кировской областях — то есть ареал остаётся северным, с редкими вкраплениями в средней полосе.

Важно не путать Веретино с фамилией Веретенников: у той основа другая (веретенник — мастер, делающий веретёна), и суффикс -ик/-ник меняет значение. Веретино же — это либо «сын человека с прозвищем Веретя», либо, если принять топонимическую версию, «выходец из деревни Веретино». Оба пути одинаково правдоподобны, и без конкретных генеалогических записей по конкретной семье выбрать между ними невозможно. В любом случае фамилия эта — живой след северорусского говора и крестьянского уклада, где и орудие труда, и полоска земли могли стать именем на всю жизнь.