Фамилия Ветошниковы образована от прозвища Ветошник, которое носило профессиональный оттенок. В основе прозвища лежит слово «ветошь» — так называли старую, изношенную одежду, тряпки, пришедшие в негодность вещи. Ветошником в старину называли человека, который собирал или торговал этим товаром: старьёвщика, скупщика тряпья. В словаре Владимира Даля прямо указано: «ветошник» — торговец ветошью. Такое занятие было вполне обычным для низовых слоёв городского населения, и прозвище быстро закреплялось за человеком по роду его деятельности.

Фамилия построена по продуктивной модели на -ов: от основы Ветошник прибавляется типичный русский суффикс принадлежности. Ветошниковы — буквально «дети Ветошника». Модель образования характерна для великорусских фамилий, особенно распространённых в северных и центральных губерниях, где фамилии на -ов доминировали.

Менее вероятна, но не исключена версия, что прозвище Ветошник могло относиться к человеку со старомодными, «ветхими» взглядами. Однако в ономастике первичным считается прямое, бытовое значение прозвища, а не переносное. Слово «ветхий» в значении «древний, дряхлый» действительно родственно «ветоши», но в фамилиях ремесленные прозвища встречаются значительно чаще, чем прозвища по чертам характера.

О точном времени и месте возникновения фамилии говорить сложно: процесс закрепления наследственных фамилий у крестьян и мещан шёл вплоть до XIX века. Однако уже в XVI–XVII веках прозвище Ветошник фиксируется в письменных источниках. Например, в актах встречаются Ветошниковы среди посадских людей и служилых — это указывает, что фамилия не была редкой и могла возникнуть независимо в разных местах.

С точки зрения словообразования, фамилия Ветошниковы стоит в ряду таких же «профессиональных» фамилий, как Кузнецов, Мельников, Плотников. Интересно, что в некоторых регионах встречается вариант Ветошкин — от той же основы, но с другим суффиксом, что говорит о параллельном образовании. Фамилия сохранила в себе не только имя предка, но и память о забытом сегодня ремесле — старьёвщичестве, которое было частью повседневной жизни старой России.