Фамилия Воронятников — один из тех редких случаев, когда прозвище предка почти наверняка связано не с птицей, а с её потомством. В основе лежит слово «воронёнок» (птенец ворона), а не «ворон» или «ворона». Это сразу отличает фамилию от более распространённых Вороновых, Ворониных и Воронцовых.

Модель образования здесь нестандартная. Сначала от «воронёнок» через суффикс принадлежности -ов- возникла форма «Воронятников» — буквально «сын Воронятника». Но «Воронятник» — это не отчество, а прозвище человека. Так могли называть того, кто промышлял разорением вороньих гнёзд (ради птенцов, яиц или пуха), либо, что правдоподобнее, держал ручных воронят для забавы или продажи. В крестьянском быту ловля и приручение птенцов были обычным детским промыслом, и меткое прозвище легко закреплялось за взрослым.

Суффикс -ников- в фамилии указывает на то, что прозвище было образовано от названия занятия или свойства человека. Это типичная модель для русских фамилий (ср. Охотников, Рыбников, Сокольников), но с редкой основой «воронят-», а не «ворон-». Географически фамилия тяготеет к северо-восточным и центральным регионам России, где вороньи стаи были многочисленны, а прозвища — цепкими.

Спорных версий, по сути, нет. Связывать фамилию с «Воронятниковым» как с топонимом (населённым пунктом) маловероятно — таких названий не зафиксировано. Ошибочное прочтение как «Воронят-ников» (от «ворон» + «ятник») тоже не выдерживает критики: слово «ятник» в русском языке отсутствует. Единственный надёжный путь — через «воронёнка» и прозвище человека, который с ними возился.

В словарях русских фамилий (например, у Б. Унбегауна) подобные модели описаны, но сама фамилия Воронятников — редкость. Это значит, что её носители, скорее всего, происходят из одной локальной группы, где прозвище закрепилось за родом. В дореволюционных источниках фамилия встречается в мещанской и крестьянской среде, без связи с дворянством или духовенством.