Фамилия Заёбов звучит на грани фола, но за ней стоит конкретная и понятная история. Это не выдумка и не случайность, а пример того, как русское народное слово закрепилось в официальном родовом имени.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: основа «заёб-» плюс типичный русский суффикс -ов, указывающий на принадлежность («чей?» — Заёбов, то есть сын или потомок человека по прозвищу Заёб). Суффикс -ов характерен для великорусских фамилий, образованных от прозвищ или мирских имён. В данном случае исходное слово — глагол «заебать» в его старом, не матерном значении. В северных и сибирских говорах «заебать» означало «задеть», «зацепить», «ударить», а также «замучить работой», «изнурить». Отсюда прозвище Заёб мог получить человек настырный, приставучий, либо, наоборот, тот, кто много и тяжело работал, «заебался» на деле. Есть и другая версия: в некоторых диалектах «заёба» — это задира, забияка.

Географически фамилия редкая, но встречается в основном на Русском Севере и в Сибири — в Архангельской, Вологодской областях, в Забайкалье. Именно там сохранилась архаичная лексика, которую в центральных губерниях вытеснили литературные нормы. Часто такие фамилии носили крестьяне или казаки, чьи прозвища записывали со слов соседей, не задумываясь о благозвучии.

Поскольку фамилия недвусмысленно ассоциируется с обсценной лексикой, многие носители в XX веке меняли её на Зайцев, Заев или Забоев. В дореволюционных метрических книгах она фиксировалась, но после революции 1917 года, когда паспортизация стала массовой, часть семей сознательно отказалась от «неудобного» написания. Поэтому найти Заёбовых в современных базах данных сложно, но те, кто сохранил фамилию, часто помнят семейное предание о предке-труженике или задире.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Ебалов, Ебанов, Ебенов — показывает, что все они образованы от глагола «ебать» в его нейтральном древнерусском значении («бить», «сечь», «колотить») или от производных прозвищ. Унбегаун в «Русских фамилиях» упоминает подобные случаи как примеры «неприличных» основ, которые, однако, имели бытовой, а не матерный смысл. Так что Заёбов — не проклятие, а просто память о грубоватом, но живом народном языке.