Фамилия Зарубина — одна из тех, где за основу взяли не имя, а прозвище. Её образовали от слова «заруба», и у этого прозвища есть как минимум два объяснения. Первое, самое очевидное: зарубой называли человека со шрамом, рубцом на лице. Второе, по Далю, от глагола «зарубить» — делать зарубку, метку, заниматься обработкой дерева или колкой дров. Вполне вероятно, что прозвище закрепилось за лесорубом или плотником.

Словообразовательная модель простая: суффикс -ин указывает на принадлежность — «чей?» — «Зарубин», то есть сын, потомок Зарубы. В женском роде фамилия звучит как Зарубина.

Документальные подтверждения встречаются с XVI века. В работах историка Степана Веселовского упомянуты Конон Алексеев Заруба (1522 год, Москва) и Терентий Зарубин, подьячий (1638 год, Москва). То есть уже в допетровское время прозвище успело перейти в фамилию и закрепиться среди служилых людей.

Среди носителей фамилии есть фигуры, известные каждому, кто интересуется историей России. Иван Никифорович Зарубин, более известный как Чика (1736–1775), был ближайшим сподвижником Емельяна Пугачева, яицким казаком, который руководил восстанием в Башкирии и осадой Уфы. Другая известная Зарубина — Елизавета Юльевна (1900–1987), советская разведчица, которую нередко сравнивают с Мата Хари, хотя её работа была куда сложнее и дольше.

Фамилия не была редкостью и в более позднее время. В Книге памяти Удмуртии записан Зарубин Капдий Максимович, 1884 года рождения, из села Усть-Уралка Свердловской области. Это говорит о том, что фамилия бытовала на Урале и в Прикамье, где рубка леса была одним из главных занятий.

Коротко: предок нынешних Зарубиных мог быть либо человеком с заметным шрамом, либо лесорубом, либо — что тоже вероятно — получить прозвище за привычку делать зарубки, метки. В любом случае, фамилия хранит память о конкретном признаке или занятии, а не о крестильном имени, что делает её типичным образцом русского мирского прозвания, перешедшего в род.