Фамилия Земляничкин — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не профессия и даже не географическое название, а растение, причём не самое типичное для прозвищ. В русских фамилиях «ягодные» корни встречаются нечасто, и здесь мы имеем дело с цепочкой, где суффикс -к- играет ключевую роль.

Исходное слово — «земляничка», то есть уменьшительно-ласкательное от «земляника». В русской ономастике фамилии на -ин обычно образуются от основ, оканчивающихся на -а/-я. Сочетание суффиксов -ичк-/-ечк- и -ин встречается редко, что указывает на прозвищное происхождение: Земляничка — это не просто ягода, а ласковое обращение к человеку. Скорее всего, так называли ребёнка или взрослого за какие-то внешние черты: румянец, небольшой рост, а может, за любовь к этой ягоде или сбору её на продажу.

Суффикс -ин в фамилии Земляничкин — притяжательный, типичный для северных и центральных областей России. Он отвечает на вопрос «чей?»: сын Землянички. Фамилия закрепилась в форме прилагательного, что характерно для русского быта XVII–XIX веков, когда прозвище могло перейти на потомков без изменений.

В географическом плане фамилия редкая, но встречается в Поволжье и на Урале, где земляника была распространена и имела хозяйственное значение. В отличие от фамилий вроде Земляни́цын или Земляни́ков, вариант с -чкин подчёркивает именно уменьшительную, почти семейную интонацию: предка, возможно, звали не просто Земляника, а ласково — Земляничка.

С точки зрения словообразовательной модели, фамилия Земляничкин стоит в одном ряду с такими редкими примерами, как Вишенкин, Яблочкин или Малинкин. Все они построены по одной схеме: растение + уменьшительный суффикс + -ин. Это говорит о том, что прозвище давали не «по ягоде вообще», а с оттенком нежности или иронии — вероятно, в деревенской среде, где прозвища часто отражали бытовые наблюдения.

Таким образом, Земляничкин — фамилия, которая прямо указывает на прозвище предка, связанное с ягодой, но с явным оттенком ласкательности. Её носители, скорее всего, происходят из крестьянской или мещанской среды центральной России, где такие «растительные» прозвища были в ходу. Фамилия не имеет дворянского или служилого происхождения — она из народной толщи, из мира, где человека могли назвать по тому, что росло у него под ногами.