Фамилия Жегуло — яркий пример того, как прозвище, данное по внешности или роду занятий, закрепилось в родовом имени. В её основе лежит диалектное слово «жигуля» — так в некоторых говорах называли тонкого, долговязого человека. Скорее всего, первый Жегуло получил своё прозвище именно за высокий и худощавый стан. Но это не единственная версия.

Не менее вероятна связь с глаголом «жечь». Если так, то прозвище указывало на профессию: предок мог быть кочегаром, выжигателем угля или гончаром, обжигавшим горшки. Такие «профессиональные» именования часто переходили в фамилии без изменений, особенно в северных и центральных русских землях.

В исторических документах встречаются близкие формы. О. Н. Веселовский в своём труде по ономастике упоминает: Жигулев Артемий, посадский человек из Тотьмы (1650 год), Жегула Никифор, крестьянин (1627 год), а также Курмыш Жегуля Изъединов, тверской вотчинник (1540 год). Эти записи показывают, что корень «жег-»/«жиг-» бытовал в разных слоях общества — от крестьян до землевладельцев, и фамилия Жегуло могла возникнуть в любом из этих сословий.

Фамилия образована с помощью суффикса -о, который в русской антропонимии встречается реже, чем стандартные -ов или -ин. Такая модель характерна для прозвищ, которые застыли в именительном падеже: Жегуло, а не Жегулов. Это указывает на древность и, возможно, на южнорусское или украинское влияние, где подобные формы особенно распространены. Географически фамилия сегодня встречается в России, Беларуси и на Украине, что подтверждает её восточнославянские корни.