Фамилия Жульянов — редкий случай, когда прозвищная основа почти полностью вытеснила в сознании своё первоначальное, нейтральное значение. Сегодня корень «жуль» прочно ассоциируется с мошенничеством, но в языке XVII–XVIII веков, когда фамилия складывалась, ситуация была иной.

Слово «жуля», «жуль» в русских говорах означало не вора, а неловкого, неуклюжего или нерасторопного человека. В некоторых диалектах «жулить» значило «гнуть, мять, коробить», а «жуля» — «скупой, прижимистый». Прозвище Жулян (или Жульян) давали тому, кто вечно суетится, но делает всё медленно и криво, либо тому, кто слишком жаден. Никакого криминального оттенка в этом прозвище изначально не было — уголовная окраска закрепилась за словом «жулик» значительно позже, в XIX веке, через арго бродячих торговцев.

Фамилия образована по стандартной восточнославянской модели: от прозвища Жулья (или Жульян) через притяжательный суффикс -ов. Форма Жульянов (с мягким знаком перед «я») указывает на то, что основа оканчивалась на мягкий «ль»: Жуль → Жульянов. Если бы в основе было имя Юлиан (в просторечии Ульян), фамилия звучала бы как Ульянов. Здесь же — именно прозвищный корень, связанный с бытовой характеристикой человека.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и поволжским областям, где диалектное слово «жуля» было особенно употребительно. Встречается она редко, что говорит о локальном характере прозвища — его давали в одной деревне или волости, и за её пределами носители не расселялись массово.

Таким образом, предок современного Жульянова — не мошенник, а скорее медлительный или прижимистый крестьянин, получивший нелестное, но бытовое прозвище. Со временем язык изменил смысл корня, но фамилия сохранила память о старом диалектном слове.