Фамилия Журилин — яркий пример того, как прозвище, данное по характеру или поведению, закрепилось в родовом имени. Её основа — слово «журила», которое в русских говорах означало ворчуна, брюзгу, человека, который постоянно журит — то есть бранит, выговаривает, читает нотации. В словаре Владимира Даля «журить» — «бранить, выговаривать, жучить». Соответственно, Журилой в народе прозвали того, кто любил поучать или ворчать.

Словообразовательная модель здесь типична для русских фамилий: прозвище на -ила (Журила) плюс патронимический суффикс -ин. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «сын Журилы». Такая модель была особенно распространена в северных и центральных губерниях России, где фамилии на -ин встречаются чаще, чем на -ов. В отличие от фамилий на -ов, которые часто образовывались от прозвищ и имён на твёрдый согласный, -ин характерен для основ на -а/-я.

Редкость фамилии Журилин объясняется необычностью самого прозвища. В отличие от фамилий типа Воробьёв или Кузнецов, образованных от массовых реалий, прозвище Журила — более индивидуальное, возможно, данное конкретному человеку за его манеру общения. Интересно, что в некоторых диалектах «журить» могло иметь и более мягкий оттенок — «ласково бранить», «укорять без злобы». Поэтому предок-Журила мог быть не злым ворчуном, а скорее строгим, но справедливым наставником.

В исторических документах фамилия встречается нечасто, что подтверждает её локальный характер. Можно предположить, что носители фамилии Журилин — выходцы из крестьянской или мещанской среды, поскольку прозвища, отражающие черты характера, были особенно популярны именно в этих сословиях. Дворянские фамилии чаще образовывались от географических названий или церковных имён.

Таким образом, фамилия Журилин — это не просто набор звуков, а точная характеристика, данная предку много поколений назад. Она сохранила в себе отголосок живого народного языка, где слово «журить» было в ходу, а прозвище могло закрепиться за целым родом.