Фамилия Журтов образована от прозвища Журт — и это тот случай, когда за одним словом тянется целый шлейф значений из разных языков и культур. Разобраться, какое именно ложится в основу, можно только через географию и историю семьи.

Самая прямая и вероятная версия — черкесская. В черкесском (адыгском) языке «журт» означает «еврей, еврейка; еврейский». Прозвище по национальному признаку — один из древних и распространённых способов именования человека. Соответственно, Журтом могли называть того, кто принадлежал к еврейской общине, либо того, кто вёл с ней дела или внешне напоминал соседу представителя этого народа.

Однако в тюркских языках слово «журт» приобретает совсем другой смысл. Казахи называют «журтом» небольшое село или посёлок. В таком случае прозвище могло закрепиться за человеком, жившим в сельской местности, — по месту жительства. В киргизском языке значения ещё глубже: «журт» — это «место, где стояла юрта или аул», а также «пепелище аула». Отсюда прозвище могли дать переселенцу, который обосновался на пустом месте, или погорельцу, потерявшему дом и начавшему жизнь заново. Наконец, в том же киргизском «журт» переводится как «родина». Это уже не бытовая, а почти идеологическая характеристика: так могли назвать патриота или защитника родной земли.

Словообразовательная модель фамилии проста: суффикс -ов указывает на принадлежность («чей?»), то есть Журтов — «сын Журта» или «потомок Журта». Фамилия относится к самой массовой группе русских фамилий, но её основа явно не славянская, а заимствованная из кавказской или тюркской среды. Это говорит о том, что носители фамилии Журтов, скорее всего, происходят из регионов, где русский язык соседствовал с адыгскими или тюркскими языками — Северный Кавказ, Поволжье, Приуралье.

Какую из версий выбрать для своего рода — подскажет семейная история. Если предки жили в Кабардино-Балкарии или Адыгее, работает черкесское значение; если корни из казахских степей или Киргизии — тюркское. Возможно и смешение: прозвище могло возникнуть на стыке культур, в многоязычной среде, где одно и то же слово понимали по-разному.