Фамилия Зубачик — редкий пример, где суффикс -ик работает не как уменьшительная форма, а как указатель на профессию или характерный признак. В русской ономастике модель на -ик часто обозначала человека по его занятию (кузнечик, плотник), но в случае с Зубачиком основа другая: «зуб» и суффикс -ач (или -ач-ик). Скорее всего, перед нами прозвище Зубач — так на Руси называли человека с крупными, редкими или торчащими зубами, либо того, кто зубаст в переносном смысле: едкий, острый на язык, задиристый. Суффикс -ик в таком случае — это либо вторичное образование (Зубач стал Зубачиком в уменьшительно-пренебрежительном смысле), либо указание на потомка: «сын Зубача». Второе правдоподобнее для фамилии, закрепившейся в документах.

Слово «зубач» в старых говорах не ограничивалось прозвищем. В некоторых диалектах так называли рыбу (например, щуку или судака) или даже инструмент с зубьями — гребень, борону. Поэтому нельзя исключать, что предок Зубачик мог быть рыбаком, плотником или кузнецом, делавшим зубчатые орудия. Но поскольку фамилия встречается редко (в основном на западе Беларуси и в приграничных районах Польши, где распространена модель на -ик), версия с прозвищем по внешности остаётся основной. В польской ономастике есть близкая фамилия Zubaczyk, что подтверждает западнославянский след.

С точки зрения словообразования, Зубачик отличается от более частых Зубов, Зубков или Зубарев. Суффикс -ик здесь не типичен для русских фамилий центральных регионов, но характерен для украинских, белорусских и польских. Если бы фамилия возникла в Московской Руси, она, скорее всего, оформилась бы как Зубачев (от Зубач + -ев). Вариант с -ик говорит о том, что носители фамилии — выходцы из западнорусских земель, где модель «прозвище + -ик» («сын такого-то») была нормой. В современных базах данных Зубачик встречается единично, что указывает на локальное происхождение, возможно, от одного родоначальника в конкретной деревне.

Итог: фамилия образована от прозвища Зубач, которое дали человеку за зубы или характер. Суффикс -ик указывает на западнославянскую или белорусскую традицию именования потомков. Другие версии — от названия рыбы или инструмента — менее вероятны, но полностью не отбрасываются без архивных записей.