Фамилия Алексатина образована от имени Алексата — разговорной, «домашней» формы крестильного имени Александр. В русской традиции полные имена часто сокращали до более простых и обиходных: Александра могли звать Алексей, Алексашей, Алексейкой, а в некоторых говорах — Алексатой. Этот вариант встречался в северных и центральных губерниях, где имя Александр было одним из самых распространённых, но народная речь дробила его на десятки производных.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Алексатина — «дочь (или жена) Алексаты». В русских фамилиях этот суффикс типичен для основ, оканчивающихся на -а или -я, и в XVI–XVII веках так оформляли фамилии крестьян и посадских людей. В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые могли давать по отцу, -ин чаще закреплялся за прозвищем или именем матери, если женщина была главой семьи, но в случае с мужским именем Алексата он просто следовал грамматическому правилу.

Географически фамилия Алексатина редкая, её очаги — в Вологодской, Архангельской и Костромской областях. Это совпадает с ареалом, где имя Алексата фиксируется в документах XVII–XVIII веков, например в переписных книгах Русского Севера. В южных и сибирских регионах фамилия почти не встречается: там предпочитали формы вроде Алексашин или Алексанкин.

Интересно, что фамилия не имеет «книжного» окончания -ский, которое носили дворяне или духовенство. Алексатина — фамилия простого сословия, скорее всего крестьянского или посадского. В дореволюционных метрических книгах носители этой фамилии записаны как государственные крестьяне или мещане, люди, чьи предки получили фамилию по живому, неформальному имени, а не по официальному церковному.

Если искать параллели, то однокоренные фамилии — Алексашин, Алексанов, Алексейкин — все они восходят к тому же корню, но с разными суффиксами. Алексатина выделяется на их фоне именно формой на -ата, которая в русском языке редка и чаще встречается в украинской или белорусской антропонимии (ср. Бондатенко, но с другим суффиксом). В русском контексте это указывает на возможное влияние местных говоров, где имя Александр могли произносить с твёрдым «т»: «Алексата» вместо «Алексаша».