Фамилия Антонияди — яркий пример греческой модели фамилии, которая в русском языке сохранила свою исходную форму и не обрусела через суффиксы -ов или -ин. Её основа — крестильное имя Антоний (от греческого ανθος — «цветок» или, по другой версии, от латинского Antonius — родовое имя, предположительно этрусского происхождения). Суффикс -иади (-ιάδης) в греческом языке указывает на принадлежность к роду, буквально «сын Антония» или «потомок Антония». Это типичная модель для греческих фамилий, особенно распространённых в Малой Азии и Понте (северное побережье современной Турции), откуда в XIX — начале XX века шла активная эмиграция греков в Российскую империю.

В русском контексте фамилия Антонияди — нетипичная: она не вписалась в систему отчеств и прозвищ, а пришла уже готовой, как семейное имя. Носители такой фамилии, скорее всего, были потомками греческих переселенцев, которые оседали в Причерноморье, на Кубани, в Крыму или в крупных портовых городах, таких как Одесса, Таганрог, Мариуполь. Греки-понтийцы часто занимались торговлей, мореходством или ремеслом, поэтому предки современных Антонияди могли быть купцами, судовладельцами или ремесленниками, сохранившими свою культурную идентичность.

С точки зрения словообразования, фамилия стоит особняком: в русской ономастике суффикс -иади не встречается, и её не следует путать с фамилиями на -иди (типа Пападимитриу или Каратеодори), хотя механизм образования тот же. Варианты написания — Антониади, Антониян (армянская адаптация) — встречаются, но исходная форма Антонияди строго привязана к греческой традиции. В дореволюционных документах фамилию могли записывать на слух, отсюда возможны искажения, но ядро остаётся неизменным: имя Антоний плюс указание на родство.

Если говорить о социальном статусе, то в Российской империи греческие фамилии на -иади и -иди несли отпечаток национального меньшинства, но не были низовыми — их носители часто входили в купеческие гильдии или мещанские общества. Никаких данных о дворянском происхождении Антонияди нет, и это логично: греческая фамильная модель не давала привилегий в русской сословной системе. Сегодня фамилия остаётся редкой, и её носители, как правило, могут проследить свои корни до греческой диаспоры, что делает её не просто именем, а маркером миграционной истории XIX века.