Фамилия Артишев — редкий случай, когда польская или западнорусская основа получила типичный восточнославянский суффикс принадлежности -ев. В отличие от фамилий на -ский, которые привязывают к местности, Артишев прямо отвечает на вопрос «чей ты?»: сын человека по имени или прозвищу Артыш. И здесь начинается главная загадка.

Самая правдоподобная версия ведёт к польскому слову «artysta» — артист. В старом польском и украинском языках «артыш» или «артиш» могло означать не только профессионального актёра, но и вообще ловкого, искусного человека, мастера на все руки. Такое прозвище могли дать умельцу, который пел, плясал, играл на свадьбах или показывал фокусы. Менее вероятна, но возможна связь с тюркским «артыш» — можжевельник, но для фамилии это слишком далёкий перенос: прозвища от названий растений обычно давали по внешним признакам, а не по случайному созвучию.

Словообразовательная модель проста: корень «Артиш» (прозвище или личное имя в уменьшительной форме) плюс суффикс -ев. В русском языке суффикс -ев присоединялся к основам на мягкий согласный или шипящий, что и произошло. Если бы основа была твёрдой, фамилия звучала бы как Артышев (через «ы»), но написание через «и» указывает на мягкость в произношении — характерная черта для западнорусских земель (Белоруссия, Украина, западные области России). Это не случайная описка, а живой след диалектного произношения.

Географически фамилия редкая. В дореволюционных источниках она встречается в основном среди крестьян и мещан Гродненской, Минской и Волынской губерний — то есть в зоне польско-русского культурного пограничья. Это косвенно подтверждает польский след в основе. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано, что типично для прозвищных фамилий, возникших в среде ремесленников или сельских «артистов» — скоморохов, музыкантов, балагуров. В польских метриках XVIII–XIX веков можно встретить форму «Artyszewski» или «Artyszewicz» — это однокоренные фамилии, которые позже, при переходе в русскую канцелярию, могли упроститься до Артишев.

Таким образом, предок современного Артишева с большой вероятностью был человеком заметным в своей деревне: либо умел развлекать народ, либо слыл мастером, чьё дело выглядело как искусство. Фамилия не получила широкого распространения — возможно, потому что прозвище было слишком ярким и индивидуальным, а не родовым.