Фамилия Барма — редкий случай, когда прозвище, а затем и фамилия, произошли от слова, обозначавшего драгоценный предмет. В древнерусском языке «барма» — это оплечье, широкий воротник на торжественной одежде со священными изображениями, который носили духовные сановники и государи. В более широком смысле словом называли и кольчатый доспех. Отсюда и две основные версии происхождения прозвища: либо предок был состоятельным, влиятельным человеком (носил бармы или имел к ним отношение), либо его деятельность была связана с военным делом или шитьем дорогой одежды.

Впрочем, есть и более приземленный вариант. Слово «барма» могло быть диалектным вариантом «бормоты» — невнятной речи. Тогда прозвище Барма отражало бы особенность говора предка. Эта версия менее популярна, но имеет право на существование, учитывая, что в старых документах фиксируются люди разного социального положения.

Исторические источники подтверждают, что прозвище было в ходу уже в XV–XVI веках. В работе С. Б. Веселовского «Ономастикон» упоминаются: Барма, крестьянин (1545 г., Новгород); Невер Бармин, митрополичий боярин (1378 г.); Конон Бармин, крестьянин (1502 г., Кострома). Обратите внимание: уже в этих ранних записях встречается форма на «-ин» — Бармин. Это значит, что фамилия Барма — более редкая, «застывшая» форма прозвища, а её массовый вариант — Бармины. Сравните: если глава семьи был Барма, то его дети и домочадцы становились Бармиными.

Фамилия Барма практически не имеет географической привязки к одной области — носители встречаются и на севере (Новгород), и в центре (Кострома). Это указывает на то, что прозвище было понятно в разных землях, хоть и оставалось редким. Сегодня фамилия Барма встречается нечасто, но её носители могут с полным правом связывать свою родословную либо с древним воинским сословием, либо с ремеслом, либо с влиятельными кругами допетровской Руси.